Левое меню

Правое меню

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Он взял для себя руководством при изучении это-
го сложного периода описательный метод натуралистов; но ведь
среди явлений, которые приходится наблюдать натуралистам, мы
не находим нравственных сил, а между тем, эти силы и составля-
ют истинные пружины истории.
Итак, изучение психологии толпы представляется желательным
с практической точки зрения, но если бы даже оно представляло
исключительно только теоретический интерес, то и в таком слу-
чае заслуживало бы внимания. Распознать двигателей, управляю-
щих действиями людей, не менее интересно, чем распознать какой-
нибудь минерал или цветок.
Наше исследование души толпы не может быть ничем :
' Ttrvv^n-f^* '^r*^>^>"^~~ -
: ИНЫМ
_- -- .--"^.i ^uiiu пичсм ИНЫМ
как простым синтезом, кратким изложением наших прежних изыс-
каний. Нельзя требовать от нашего очерка ничего другого, кроме
некоторых взглядов, наводящих на размышления. Другие углу-
бят ту борозду, которую мы провели на поверхности до сих пор
еще очень мало исследованной почвы-
[ почвы.
ДУША ТОЛПЫ
Глава первая
ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ТОЛПЫ.
ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ ЗАКОН
ЕЕ ДУХОВНОГО ЕДИНСТВА
Под словом <толпа> подразумевается в обыкновенном смыс-
ле собрание индивидов, какова бы ни была их национальность,
профессия или пол и каковы бы ни были случайности, вызвавшие
это собрание. Но с психологической точки зрения слово это
получает уже совершенно другое значение. При известных усло-
виях - и притом только при этих условиях - собрание людей
имеет совершенно новые черты, отличающиеся от тех, которые
характеризуют отдельных индивидов, входящих в состав этого
собрания. Сознательная личность исчезает, причем чувства и вдеи
всех отдельных единиц, образующих целое, именуемое толпой, при-
нимают одно и то же направление. Образуется коллективная
душа, имеющая, конечно, временный характер, но и очень опреде-
ленные черты. Собрание в таких случаях становится тем, что я
назвал бы, за неимением лучшего выражения, организованной тол-
пой или толпой одухотворенной, составляющей единое существо
и подчиняющейся закону духовного единства толпы.
Без всякого сомнения, одного факта случайного нахождения
вместе многих индивидов недостаточно для того, чтобы они при-
обрели характер организованной толпы, для этого нужно влия-
ние некоторых возбудителей, природу которых мы и постараемся
определить.
Исчезновение сознательной личности и ориентирование чувств
и мыслей в известном направлении - главные черты, характеризу-
ющие толпу, вступившую на путь организации, - не требуют не-
пременного и одновременного присутствия нескольких индиви-
дов в одном и том же месте. Тысячи индивидов, отделенных друг
от друга, могут в известные моменты подпадать одновременно
под влияние некоторых сильных эмоций или какого-нибудь вели-
кого национального события и приобретать, таким образом, все
черты одухотворенной толпы. Стоит какой-нибудь случайности
свести этих индивидов вместе, чтобы все их действия и поступки
немедленно приобрели характер действий и nocTvmm тп im" и
i^ian^^*-^*^*^ ----
; и поступков толпы. В
-." "-..^,i..in в iluviymcoB толпы. В
известные моменты даже шести человек достаточно, чтобы обра-
зовать одухотворенную толпу, между тем как в другое время
сотня человек, случайно собравшихся вместе, при отсутствии не-
обходимых условий, не образует подобной толпы. С другой сто-
роны, целый народ под действием известных влияний иногда ста-
новится толпой, не представляя при этом собрания в собственном
смысле этого слова. Одухотворенная толпа после своего образова-
ния приобретает общие черты - временные, но совершенно опре-
деленные. К этим общим чертам присоединяются частные, меня-
ющиеся сообразно элементам, образующим толпу и могущим в
свою очередь изменить ее духовный состав. Одухотворенная толпа
может быть подвергнута известной классификации. Мы увидим
далее, что разнокалиберная толпа, т.е. такая, которая состоит из
разнородных элементов, имеет много общих черт с однородной
толпой, т.е. такой, которая состоит из более или менее родствен-
ных элементов (секты, касты и классы). Рядом с этими общими
чертами, однако, резко выступают особенности, которые дают воз-
можность различать оба рода толпы.
Прежде чем говорить о различных категориях толпы, мы дол-
жны изучить ее общие черты и будем поступать, как натуралист,
начинающий с описания общих признаков, существующих у всех
индивидов одной семьи, и затем уже переходящий к частностям,
позволяющим различать виды и роды этой семьи.
Не легко изобразить с точностью душу толпы, так как ее
организация меняется нс только сообразно расе и составу собра-
ний, но и соответственно природе и силе возбудителей, которым
подчиняются эти собрания. Впрочем, на такие же затруднения мы
наталкиваемся и приступая к психологическому изучению от-
дельного индивида. Только в романах характер отдельных лич-
ностей не меняется в течение всей их жизни; в действительности
же однообразие среды создает лишь кажущееся однообразие ха-
рактеров. В другом месте я указал уже, что в каждой духовной
организации заключаются такие задатки характера, которые тот-
час же заявляют о своем существовании, как только в окружающей
среде произойдет внезапная перемена. Так, например, среди наи-
более суровых членов Конвента можно было встретить совер-
шенно безобидных буржуа, которые при обыкновенных услови-
ях, конечно, были бы простыми мирными гражданами, занимая
должности нотариусов или судей. Когда гроза миновала, они вер-
нулись к своему нормальному состоянию мирных буржуа, и На-
полеон именно среди них нашел себе самых покорных слуг.
Не имея возможности изучить здесь все степени организации
толпы, мы ограничимся преимущественно толпой, уже совершен-
но организованной. Таким образом, из нашего изложения будет
видно лишь то, чем может быть толпа, но не то, чем она всегда
бывает. Только в этой позднейшей фазе организации толпы сре-
ди неизменных и преобладающих основных черт расы выделяют-
ся новые специальные черты и происходит ориентирование чувств
и мыслей собрания в одном и том же направлении, и только тогда
обнаруживает свою силу вышеназванный психологический закон
духовного единства толпы.
Некоторые психологические черты характера толпы общи у
нее с изолированными индивидами; другие же, наоборот, присущи
только ей одной и встречаются только в собраниях. Мы прежде
всего рассмотрим именно эти специальные черты, для того чтобы
лучше выяснить их важное значение.
Самый поразительный факт, наблюдающийся в одухотворенной
толпе, следующий: каковы бы ни были индивиды, составляющие
ее, каков бы ни был их образ жизни, занятия, их характер или ум,
одного их превращения в толпу достаточно для того, чтобы у них
образовался род коллективной души, заставляющей их чувство-
вать, думать и действовать совершенно иначе, чем думал бы, дей-
ствовал и чувствовал каждый из них в отдельности. Существу-
ют такие идеи и чувства, которые возникают и превращаются в
действия лишь у индиввдов, составляющих толпу. Одухотворенная
толпа представляет собой временный организм, образовавшийся
из разнородных элементов, на одно мгновение соединившихся
вместе, подобно тому, как соединяются клетки, входящие в состав
живого тела и образующие посредством этого соединения новое
существо, обладающее свойствами, отличающимися от тех, кото-
рыми обладает каждая клетка в отдельности.
Вопреки мнению, встречающемуся, к нашему удивлению, у та-
кого проницательного философа, как Герберт Спенсер, в агрегате,
образующем толпу, нет ни суммы, ни среднего входящих в состав
ее элементов, но существует комбинация этих элементов и обра-
зование новых свойств, подобно тому, как это происходит в хи-
мии при сочетании некоторых элементов, оснований и кислот, на-
пример, образующих новое тело, обладающее совершенно иными
свойствами, чем те, которыми обладают элементы, послужившие
для его образования.
Нетрудно заметить, насколько изолированный индивид отли-
чается от индивида в толпе, но гораздо труднее определить при-
чины этой разницы. Для того, чтобы хоть несколько разъяснить
себе эти причины, мы должны вспомнить одно из положений со-
временной психологии, а именно то, что явления бессознательного
играют выдающуюся роль не только в органической жизни, но и
в отправлениях ума. Сознательная жизнь ума составляет лишь
очень малую часть по сравнению с его бессознательной жизнью.
Самый тонкий аналитик, самый проницательный наблюдатель в
состоянии подметить лишь очень небольшое число бессознатель-
ных двигателей, которым он повинуется. Наши сознательные по-
ступки вытекают из субстрата бессознательного, создаваемого в
особенности влияниями наследственности. В этом субстрате зак-
лючается бесчисленные наследственные остатки, составляющие
собственно душу расы. Кроме открыто признаваемых нами при-
чин, руководящих нашими действиями, существуют еще тайные
причины, в которых мы не признаемся, но за этими тайными при-
чинами есть еще более тайные, потому что они неизвестны нам
самим. Большинство наших ежедневных действий вызывается
скрытыми двигателями, ускользающими от нашего наблюдения.
Элементы бессознательного, образующие душу расы, именно и
являются причиной сходства индивидов этой расы, отличающих-
ся друг от друга главным образом элементами сознательного, -
тем, что составляет плод воспитания или же результат исключи-
тельной наслеяственности. Самые несходные между собой по сво-
ему уму люди могут обладать одинаковыми страстями, инстинк-
тами и чувствами; и во всем, что касается чувства, религии, поли-
тики, морали, привязанностей и антипатий и т.п., люди самые
знаменитые только очень редко возвышаются над уровнем са-
мых обыкновенных индивидов. Между великим математиком и
его сапожником может существовать целая пропасть с точки зре-
ния интеллектуальной жизни, но с точки зрения характера между
ними часто не замечается никакой разницы или же очень небольшая.
Эти общие качества характера, управляемые бессознательным
и существующие в почти одинаковой степени у большинства нор-
мальных индивидов расы, соединяются вместе в толпе. В коллек-
тивной душе интеллектуальные способности индивидов и, следо-
вательно, их индивидуальность исчезают; разнородное утопает в
однородном, и берут верх бессознательные качества.
Такое именно соединение заурядных качеств в толпе и объяс-
няет нам, почему толпа никогда не может выполнить действия,
требующие возвышенного ума. Решения, касающиеся общих ин-
тересов, принятые собранием даже знаменитых людей в области
разных специальностей, мало все-таки отличаются от решений,
принятых собранием глупцов, так как и в том и в другом случае
соединяются Hfe какие-нибудь выдающиеся качества, а только за-
урядные, встречающиеся у всех. В толпе может происходить накоп-
ление только глупости, а не ума. <Весь мир>, как это часто приня-
то говорить, никак не может быть умнее Вольтера, а наоборот, -
Вольтер умнее, нежели <весь мир>, если под этим словом надо
понимать толпу.
Если бы индивиды в толпе ограничивались только соединением
заурядных качеств, которыми обладает каждый из них в отдель-
ности, то мы имели бы среднюю величину, а никак не образование
новых черт. Каким же образом возникают эти новые черты?
Вот этим-то вопросом мы и займемся теперь.
Появление этих новых специальных черт, характерных для
толпы и притом не встречающихся у отдельных индивидов, вхо-
дящих в ее состав, обусловливается различными причинами. Пер-
вая из них заключается в том, что индивид в толпе приобретает,
благодаря только численности, сознание непреодолимой силы, и
это сознание дозволяет ему поддаваться таким инстинктам, кото-
рым он никогда не дает волю, когда бывает один. В толпе же он
менее склонен обуздывать эти инстинкты, потому что толпа ано-
нимна и не несет на себе ответственности. Чувство ответственности,
сдерживающее всегда отдельных индивидов, совершенно исчеза-
ет в толпе.
Вторая причина - заразительность или зараза - также способ-
ствует образованию в толпе специальных свойств и определяет
их направление. Зараза представляет собой такое явление, кото-
рое легко указать, но не объяснить; ее надо причислить к разряду
гипнотических явлений, к которым мы сейчас перейдем. В толпе
всякое чувство, всякое действие заразительно, и притом в такой
степени, что индивид очень легко приносит в жертву свои лич-
ные интересьтинтересу коллективному. Подобное поведение, од-
нако, противоречит человеческой природе, и потому человек спо-
собен на него лишь тогда, когда он составляет частицу толпы.
Третья причина, и притом самая главная, обусловливающая
появление у индивидов в толпе таких специальных свойств, кото-
рые могут не встречаться у них в изолированном положении, -
это восприимчивость к внушению; зараза, о которой мы только
что говорили, служит лишь следствием этой восприимчивости.
Чтобы понять это явление, следует припомнить некоторые новей-
шие открытия физиологии. Мы знаем теперь, что различными
способами можно привести индивида в такое состояние, когда у
него исчезает сознательная личность, и он подчиняется всем внуше-
ниям лица, заставившего его прийти в это состояние, совершая по
его приказанию поступки, часто совершенно противоречащие его
личному характеру и привычкам. Наблюдения же указывают,
что индивид, пробыв несколько времени среди действующей тол-
пы, под влиянием ли токов, исходящих от этой толпы, или каких-
либо других причин - неизвестно, приходит скоро в таг-
ние, которое очень напоминает состояние загипнотизи]
субъекта. Такой субъект вследствие парализова >"""-"
ната т- "" "- ----
приходит скоро в такое состоя-
'"" 'роваиного
ельная личность у.
как воля и
[ гипнотизера.
- ,-..-.^шпам ЛИЧНОСТЬ у ЗаГИПНОТИЗИ-
рованного совершенно исчезает, так же как воля и рассудок, и
все чувства и мысли направляются волей гипнотизера.
Таково же приблизительно положение ивдивида, составляющего
частицу одухотворенной толпы. Он уже не сознает своих по-
ступков, и у него, как у загипнотизированного, одни способности
исчезают, другие же доходят до крайней степени напряжения.
Под влиянием внушения такой субъект будет совершать извест-
ные действия с неудержимой стремительностью; в толпе же эта
неудержимая стремительность проявляется с еще большей силой,
так как влияние внушения, одинакового для всех, увеличивается
путем взаимности. Люди, обладающие достаточно сильной инди-
видуальностью, чтобы противиться внушению, в толпе слишком
малочисленны, и потому не в состоянии бороться с течением.
Самое большее, что они могут сделать, - это отвлечь толпу по-
средством какого-нибудь нового внушения. Так, например, удач-
ное слово, какой-нибудь образ, вызванный кстати в воображении
толпы, отвлекали ее иной раз от самых кровожадных поступков.
Итак, исчезновение сознательной личности, преобладание лич-
ности бессознательной, одинаковое направление чувств и идей,
определяемое внушением, и стремление превратить немедленно в
действия внушенные идеи - вот главные черты, характеризующие
индивида в толпе. Он уже перестает быть самим собой и стано-
вится автоматом, у которого своей воли не существует.
Таким образом, становясь частицей организованной толпы, че-
ловек спускается на несколько ступеней ниже по лестнице циви-
лизации. В изолированном положении он, быть может, был бы
культурным человеком; в толпе - это варвар, т.е. существо ин-
стинктивное. У него обнаруживается склонность к произволу,
буйству, свирепости, но также и к энтузиазму и героизму, свой-
ственным первобытному человеку, сходство с которым еще бо-
лее усиливается тем, что человек в толпе чрезвычайно легко
подчиняется словам и представлениям, не оказавшим бы на него
в изолированном положении никакого влияния, и совершает по-
ступки, явно противоречащие и его интересам, и его привычкам.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87