Левое меню

Правое меню

 шикарный сайт Plitkaoboi.ru     паркетная доска
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Саймак Клиффорд Дональд

Все Ловушки Земли


 

На этой странице сайта выложена бесплатная книга Все Ловушки Земли автора, которого зовут Саймак Клиффорд Дональд. На сайте alted.ru вы можете или скачать бесплатно книгу Все Ловушки Земли в форматах RTF, TXT, FB2 и EPUB, или же читать онлайн электронную книгу Саймак Клиффорд Дональд - Все Ловушки Земли, причем без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Все Ловушки Земли равен 39.95 KB

Саймак Клиффорд Дональд - Все Ловушки Земли - скачать бесплатную электронную книгу



ВСЕ ЛОВУШКИ ЗЕМЛИ


Инвентарная опись была очень длинной. Своим убористым четким почерком
он исписал много страниц, перечислив мебель, картины, фарфор, столовое
серебро и прочие предметы обстановки - все движимое имущество, накопленное
Баррингтонами за долгий период семейной истории.
И теперь, заканчивая опись, последним пунктом он внес в нее самого
себя:
"Один домашний робот Ричард Дэниел, устаревший, но в хорошем
состоянии".
Отложив в сторону перо, он собрал все страницы описи в аккуратную
стопку и положил на нее сверху пресс-папье - маленькое, тончайшей резьбы
пресс-папье из слоновой кости, которое тетя Гортензия привезла из своего
последнего путешествия в Пекин.
На этом его работа закончилась.
Отодвинув стул, он встал из-за письменного стола и неторопливо
прошелся по гостиной. В этой комнате было собрано множество самых
разнообразных реликвий из семейного прошлого. Здесь над каминной полкой
висел меч, который когда-то, давным-давно, носил Джонатон во время войны
между штатами, а под ним, на самой полке, стоял кубок, который завоевал
Коммодор на своей прославленной яхте, и банка с лунной пылью, которую
привез Тони, вернувшись после пятой высадки Человека на Луну, и старый
хронометр с давно уже выброшенного на свалку семейного космического
корабля, совершавшего в свое время рейсы на астероиды.
И на всех стенах почти вплотную друг к другу висели фамильные
портреты, и мертвые лица взирали с них на мир, который они помогали
создавать.
И Ричард Дэниел подумал, что среди тех, кто жил в последние шестьсот
лет, не было ни одного, кого бы он не знал лично.
Вот справа от камина висит портрет старого Руфуса Эндрью Баррингтона
- судьи, который жил лет двести назад. А по правую руку от Руфуса
находится Джонсон Джозеф Баррингтон, возглавлявший Бюро Паранормальных
Исследований, на которое человечество некогда возлагало огромные надежды,
ныне утраченные. У двери же, которая ведет на веранду, смутно виднеется
хмурое пиратское лицо Дэнли Баррингтона, положившего начало семейному
благосостоянию.
И многие, многие другие - администратор, искатель приключений, глава
корпорации. Все добрые и честные люди.
Но все пришло к концу. Семья иссякла.
Медленным шагом Ричард Дэниел начал свой последний обход дома -
гостиная, тесно заставленная мебелью, небольшой рабочий кабинет со
старинными сувенирами, библиотека с рядами древних книг, столовая, в
которой сверкал хрусталь и мягко светился фарфор, кухня, блестевшая медью,
алюминием и нержавеющей сталью, и спальни на втором этаже, каждая из
которых хранила отпечаток личности своих прежних хозяев. И наконец,
спальня, где скончалась тетя Гортензия, со смертью которой перестало
существовать семейство Баррингтонов.
В опустевшем жилье не ощущалось заброшенности дом словно ждал, что
вот-вот в него возвратится былое оживление. Но впечатление это было
обманчивым. Все портреты, весь фарфор и серебро, все, что находилось в его
стенах, будет продано с аукциона, чтобы покрыть долги. Комнаты будут
опустошены и ободраны, вещи разбредутся по белу свету, и последним
оскорблением будет продажа самого дома.
Та же судьба ждала и его самого, подумал Ричард Дэниел, ибо он тоже
был движимой собственностью. Был частью всего этого имущества, последним
пунктом инвентарной описи.
Однако ему они уготовили нечто похуже простой продажи. Потому что
прежде, чем пустить с молотка, его должны будут переделать. Ведь никто не
захочет дать за него, такого, какой он есть сейчас, приличную сумму. И
кроме того, еще существовал закон - закон, который гласил, что ни один
робот не имел права жить одной жизнью более ста лет. А он без единой
переделки прожил в шесть раз больше.
Он посетил адвоката, и адвокат посочувствовал ему, но не подал
никакой надежды.
- Если исходить из закона, - сказал он Ричарду Дэниелу своей
отрывистой адвокатской скороговоркой, в настоящий момент вы являетесь
злостным правонарушителем. Просто ума не приложу, как вашим хозяевам
удалось выйти сухими из воды.
- Они очень любили старинные вещи, - проговорил Ричард Дэниел. - А
потом, ведь меня видели очень редко. Почти все время я проводил и доме. Я
нечасто отваживался выходить на улицу.
- Но существуют же официальные документы, возразил адвокат. - Вы
непременно должны быть зарегистрированы...
- У этой семьи, - пояснил Ричард Дэниел, - когда-то было много
влиятельных друзей. Вам должно быть известно, что до того, как для них
наступили трудные времена, Баррингтоны были весьма выдающимися фигурами в
политике и многих других областях.
Адвокат понимающе хмыкнул.
- Мне все-таки не совсем ясно, - произнес он, - почему вы так
противитесь этому. Ведь вас не изменят полностью. Вы останетесь все тем же
Ричардом Дэниелом.
- А разве я не утрачу все свои воспоминания?
- Разумеется. Но воспоминания не так уж важны. И вы накопите новые.
- Мне дороги мои воспоминания, - сказал ему Ричард Дэниел. - Это все,
что у меня есть. Это единственная истинная ценность, которую оставили мне
минувшие шестьсот лет. Вы можете себе представить, господин адвокат, что
значит прожить шесть веков с одной семьей?
- Думаю, что могу, - промолвил адвокат. - А что, если теперь, когда
семьи уже больше нет, эти воспоминания заставят вас страдать?
- Они утешают меня. Утешают и поддерживают. Благодаря им я проникаюсь
чувством собственной значимости. Они вселяют в меня надежду на будущее и
дают убежище.
- Неужели вы ничего не понимаете? Ведь как только вас переделают, вам
уже не понадобится никакого утешения, никакого чувства собственной
значимости. Вы станете новеньким с иголочки. У вас в основных чертах
останется только сознание собственной личности - этого они не могут вас
лишить, даже если захотят. Вам не о чем будет сожалеть. Вас не будет
преследовать чувство неискупленной вины, не будут терзать
неудовлетворенные желания, бередить душу старые привязанности.
- Я должен остаться самим собой, - упрямо заявил Ричард Дэниел. - Я
познал смысл жизни и то, в каких условиях моя собственная жизнь имеет
какое-то значение. Я не могу смириться с необходимостью стать кем-то
другим.
- Вам жилось бы гораздо лучше, - устало сказал адвокат. - Вы получили
бы лучшее тело. Лучший мыслящий аппарат. Вы стали бы умнее.
Ричард Дэниел поднялся со стула. Он понял, что без толку теряет
время.
- Вы не донесете на меня? - спросил он.
- Ни в коем случае, - ответил адвокат. - Что касается меня, то вас
здесь нет и не было.
- Благодарю вас, - произнес Ричард Дэниел. - Сколько я вам должен?
- Ни гроша, - ответил ему адвокат. - Я не беру гонорар с клиентов,
которым перевалило за пятьсот.
Последнее, конечно, было сказано в шутку, но Ричард Дэниел не
улыбнулся. Ему было не до улыбок. У двери он обернулся.
"Для чего, - хотел было он спросить, - для чего нужен такой нелепый
закон?"
Но ему незачем было спрашивать - не так уж трудно было догадаться.
Он знал, что всему причиной было человеческое тщеславие. Человек мог
прожить немногим больше ста лет, и поэтому такой же срок жизни был
установлен для роботов. Но, с другой стороны, робот был слишком дорог,
чтобы после ста лет службы его просто-напросто списать в утиль, и был
издан закон, по которому нить жизни каждого робота периодически
прерывалась. И таким образом человек был избавлен от унизительного
сознания, что его верный слуга может пережить его на несколько тысяч лет.
Это было нелогично, но люди всегда были нелогичны.
Нелогичны, но добры. Добры во многом и по-разному.
Иногда они были добры, как Баррингтоны, подумал Ричард Дэниел.
Шестьсот лет неиссякаемой доброты. Это была достойная тема для
размышлений. Они даже дали ему двойное имя. В нынешние времена мало кто из
роботов имел двойное имя. Это было знаком особой любви и уважения.
После неудачного визита к адвокату Ричард Дэниел стал искать другой
источник помощи. Теперь, стоя в спальне, где умерла Гортензия Баррингтон и
вспоминая об этом, он пожалел, что так поступил. Потому что он поставил
священника в невыносимо трудное положение. Адвокату ничего не стоило
сказать ему, на что он может рассчитывать. В распоряжении адвокатов были
законы, которые почти избавляли их от мучительной необходимости принимать
собственные решения.
Но лицу духовного звания свойственна доброта, если оно, конечно, по
праву занимает свое место. И тот, к кому он обратился, был добр не только
профессионально, но и по натуре, и от этого было еще хуже.
- При определенных условиях, - с какой-то неловкостью сказал ему
священник, - я посоветовал бы терпение, смирение и молитвы. Это великое
тройное подспорье для каждого, кто пожелает этим воспользоваться. Но я не
уверен, что вам нужно именно это.
- Вы сомневаетесь, - сказал Ричард Дэниел, - потому что я робот.
- Видите ли... - промямлил священник, сраженный столь прямым
заявлением.
- Потому что у меня нет души?
- Право же, - жалобно сказал священник, - вы ставите меня в неудобное
положение. Вы задаете мне вопрос, над решением которого на протяжении
столетий бились лучшие умы церкви.
- Но этот вопрос, - заявил Ричард Дэниел, - должен решить для себя
каждый человек.
- Если бы я только мог! - в смятении воскликнул священник. - Как бы я
хотел решить его!
- Если это поможет вам, - произнес Ричард Дэниел, - могу признаться -
иногда я подозреваю, что у меня есть душа.
Он тут же ясно увидел, что его последние слова вконец расстроили
этого доброго человека. С его стороны было жестоко произносить их,
упрекнул себя Ричард Дэниел. Они не могли не смутить священника, ведь в
его устах это высказывание уже не было простым умозаключением, а
свидетельством специалиста.
И, покинув кабинет священника, он вернулся домой, чтобы продолжить
опись имущества.
Теперь с описью было покончено, и бумаги стопкой сложены там, где
Дэнкурт, агент по продаже движимого и недвижимого имущества, сможет найти
их, когда явится сюда завтра утром, и для Ричарда Дэниела, выполнившего
свой последний долг перед семейством Баррингтонов, наступила пора заняться
самим собой.
Он вышел из спальни, закрыл за собой дверь, не спеша спустился по
лестнице и направился по коридору в маленькую каморку за кухней, которая
была отдана в его полное распоряжение.
И это, в приливе гордости напомнил он себе, гармонично сочеталось с
его двойным именем и его шестьюстами годами. Не так уж много роботов имели
комнаты, пусть даже маленькие, которые они могли бы назвать своими.
Он вошел в каморку, зажег свет и закрыл за собой дверь.
И впервые взглянул в лицо трудностям задуманного им шага.
Плащ, шляпа и брюки висели на крючке, а под ними на полу были
аккуратно поставлены галоши. Сумка с инструментами лежала в углу каморки,
деньги были спрятаны под одной из досок пола, где он много лет назад
устроил тайник.
Дальше тянуть бессмысленно, сказал он себе. На счету была каждая
минута. Путь предстоял долгий, а ему необходимо быть на месте до рассвета.
Он опустился на колени, приподнял едва державшуюся на паре гвоздей
доску, засунул под нее руку и вытащил несколько пачек банкнотов, деньги,
которые он много лет хранил на черный день.
Там было три пачки банкнотов, аккуратно перетянутых эластичными
лентами, - накопленные за долгие годы чаевые, денежные подарки к рождеству
и дню рождения, вознаграждения за кое-какие работы, с которыми он особенно
хорошо справился. Он открыл на своей груди дверцу и положил в специальное
отделение все деньги, за исключением нескольких бумажек, которые он
засунул в набедренный карман.
Сняв с крючка брюки, он принялся надевать их. Нелегкое это было дело,
ведь до сих пор он никогда не носил никакой одежды, если не считать того,
что несколько дней назад он примерял эти самые брюки. Ему повезло, подумал
он, что давно умерший дядя Майкл был дородным мужчиной, иначе брюки ни за
что бы ему не подошли.
Надев брюки, он застегнул "молнию" и затянул их на талии поясом,
потом втиснул ноги в галоши. Эти галоши внушали ему некоторое
беспокойство. Ведь летом ни один человек не выходит на улицу в галошах. Но
он ничего не мог придумать получше. Ни одна пара найденной им в доме
обычной обуви даже приблизительно не подходила ему по размеру.
Он надеялся, что никто этого не заметит, у него ведь не было другого
выхода. Так или иначе он должен был закрыть свои ступни, потому что,
обрати на них кто-нибудь внимание, они сразу же выдадут его с головой.
Он надел плащ, и плащ оказался для него слишком короток, он надел
шляпу, и она оказалась тесноватой, но он все-таки натянул ее поглубже, и
она плотно села на его металлический череп, и он сказал себе, что это
только к лучшему: теперь ее не сорвет даже самый сильный ветер.
Он захватил полную сумку своих запасных частей и инструментов,
которыми он почти никогда не пользовался. Быть может, глупо было брать их
с собой, но все это как бы составляло с ним единое целое и по праву должно
было последовать за ним. У него было так мало собственных вещей - только
деньги, которые он скопил по доллару, да эта его сумка.
Зажав под мышкой сумку, он прикрыл дверь каморки и направился по
коридору к выходу.
У массивной парадной двери он в нерешительности остановился и,
обернувшись, бросил взгляд вглубь дома, но увидел лишь темную пустую
пещеру, из которой исчезло все, что некогда наполняло ее жизнью. Здесь не
осталось ничего, что могло бы удержать его, ничего, кроме воспоминаний, а
воспоминания он уносил с собой.
Он вышел на крыльцо и закрыл за собой дверь.
И теперь, подумал он, как только за ним закрылась дверь дома, вся
ответственность за его будущие поступки легла на его собственные плечи. Он
убегал. На нем было надето платье. Он ночью вышел на улицу без разрешения
хозяина. И все это было нарушением закона.
Его мог остановить любой полицейский, даже просто первый встречный. У
него не было абсолютно никаких прав. И сейчас, когда не осталось никого из
Баррингтонов, за него некому было замолвить слово.
Он спокойно прошествовал по дорожке, открыл ворота и медленно пошел
до улице, и ему почудилось, будто дом зовет его и просит вернуться. Его
потянуло назад, его сознание твердило, что он должен вернуться, но ноги
его упрямо продолжали шагать вперед.
Он одинок, подумал он, и теперь одиночество из мысленной абстракции,
которая много дней владела его сознанием, превратилось в действительность.
Вот он идет по улице - громоздкое неприкаянное созданье, которому в эту
минуту не для чего жить, нечего начинать и нечего кончать, некое безликое,
беззащитное существо, затерянное в бесконечности пространства и времени.
Но он все шел и шел, и с каждым остававшимся позади кварталом он
медленно, точно ощупью, возвращался к своему "я", вновь становился старым
роботом в старой одежде, роботом, бегущим из дома, который уже более не
был домом.

Саймак Клиффорд Дональд - Все Ловушки Земли => читать книгу далее


Надеемся, что книга Все Ловушки Земли автора Саймак Клиффорд Дональд вам понравится!
Если это произойдет, то можете порекомендовать книгу Все Ловушки Земли своим друзьям, проставив ссылку на страницу с произведением Саймак Клиффорд Дональд - Все Ловушки Земли.
Ключевые слова страницы: Все Ловушки Земли; Саймак Клиффорд Дональд, скачать, читать, книга и бесплатно
 плитка для ванной комнаты интернет магазин недорого отличный магазин, заказывайте тут      https://plitkaoboi.ru/plitka/mozaika/ 

 здесь отличные цены