Левое меню

Правое меню

 плитка азори ирис      https://legkopol.ru/catalog/laminat/Quick-Step/Eligna/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— Не знаю я, во сколько вернусь, — соврал Олег и бочком-бочком обошел толстую тушу, обогнул, вырвался на оперативный простор. — Спешу я, извините.
И Олег поспешил к углу дома, благо парадное последнее, угловое.
— Ты от общественности-то не отлынивай, э! — неслось вслед. — Я и про тебя могу написать, как от общества отлыниваешь, э!..
Олег скрылся за углом, замедлил шаг, вздохнул и только сейчас почувствовал: экая благодать на воздухе! Тепло, свежо, сиренью пахнет. Хорошо на улице! И тихо. На дороге, что за домом, ни одной машины, переходи ее когда и как хочешь. И даже жалко немного, что до палатки, где можно купить приличные кофейные зерна, — рукой подать.
Последние год-два подмосковный городишко, где жил обыватель Змеев, где оцепенел в ожидании порученец Змей, весной — летом — осенью по выходным буквально вымирал. Такое было обманчивое впечатление, что чуть ли не все горожане на выходные отчаливают на свои «дачные» сотки. Таковых соток городские власти раздали немерено, проявив воистину коммунистическую щедрость вкупе с чутким пониманием частнособственнических интересов народонаселения.
Приятный утренний моцион-поход за кофе Олег растянул аж на двадцать минут. К родной красно-кирпичной пятиэтажке он подошел с другой стороны, чтобы пройти мимо всех парадных, по двору, а не там, куда выходят окна старика Юшкина.
Предвкушая удовольствие от дебютной чашечки кофе, Олег брел вдоль череды парадных, жмурился на солнце и мечтал об отпуске. Вчера, например, главный редактор держал всех подчиненных до половины двенадцатого. Вчера в семичасовых новостях по телевизору впервые сказали о предстоящем визите Горбачева в Энск, и главный тормознул сегодняшний номер, который уже печатали в типографии. Газету срочно переверстывали, и сегодня она появится в почтовых ящиках только к вечеру, зато со злободневной передовицей.
Трудился Змей в городской многотиражке. Работал с компьютерами, отвечал за исправное функционирование программы «Лексикон», заведовал единственным на всю редакцию ручным сканером и электрочайниками, которые то и дело перегорали.
В отпуск законсервированный особый порученец, понятно, никуда не поедет, однако отдохнуть от общения с коллективом газетчиков, каждый из которых мнит себя гением пера, тоже благо. Особенно, если учесть тот факт, что все местные гении держат скромного программиста за козла последнего.
Не спеша Олег Змеев вошел в свое парадное, поднимаясь по лестнице, достал ключи, поднялся на второй, свой этаж и...
И Олег Викторович Змеев, нелюдимый среднестатистический гражданин Советского Союза, едва взглянув на знакомую до последней потертости дверь, перестал существовать. Здоровым телом Олега Змеева мгновенно завладел особый порученец Змей.
Змей моментально понял, отчего вместо линзы «глазка» зияет сквозная дыра. В «глазок» стреляли. Очевидно, с близкого расстояния. Скорее всего из оружия, снабженного глушителем, иначе выстрел услышал бы активный сосед Юшкин с четвертого этажа, и даже в соседних домах могли бы расслышать.
Твердой рукой Змей вставил ключ в скважину, повернул, толкнул. Ужом проскользнул в прихожую. Увидел труп на полу и сразу узнал мужчину с дыркой вместо правого глаза.
На полу в прихожей лежал Руслан Сагболян, один из дюжины действующих особых порученцев по кличке Витязь.
2. Никогда нельзя расслабляться
Получив особый статус порученца во времена Андропова, Руслан отбыл по месту жительства и рождения в город Баку. Когда же в новые времена в жарком городе Баку случился геноцид армян, Сагболян, как и многие его соплеменники, бежал в Москву. Ему очень хотелось остаться, наплевать на присягу и мстить, мстить, мстить гражданам титульной нации Азербайджанской ССР. Но в порученцы отбирали людей, способных сдерживаться. И Руслан сдержался. Почти. Навсегда прощаясь с городом детства, он таки отправил на суд к Аллаху десяток фашиствующих националистов.
Москва встретила беженца неласково. Перебиваясь с хлеба на квас, потихоньку вживаясь в Москву, Витязь, как того и требовали инструкции, отослал письма с подробным отчетом обо всем с ним произошедшем по адресам, заученным наизусть годы тому назад. И спустя шесть месяцев на него вышли «шмели». Полгода понадобилось «шмелям» для проверки отчета Витязя. Шесть месяцев Руслан ждал в том числе и выстрела в затылок.
Прошлой весной судьба совершенно случайно столкнула Олега Змеева с Русланом Сагболяном. Впрочем, некоторые вполне серьезные ученые утверждают, мол, никаких случайностей вообще не бывает, дескать, время течет из будущего в прошлое, а не наоборот, и все уже предопределено. Однако речь не об этом.
Прошлой весной, нарушив инструкции, святая святых особого порученца, Олег на один день покинул город приписки и смотался в столицу. Где они, Олег и Руслан, буквально столкнулись, стукнулись плечами в толчее метро. Особым порученцам строжайше запрещено контактировать без санкции сверху, но правила их поведения писались в стране развитого социализма, а на дворе угорала перестройка.
Они обменялись телефонными номерами и адресами. И вот Витязь зачем-то приехал спустя год. Разминулся со Змеем по досадной случайности. Если, конечно, прогрессивные ученые ошибаются и случайности все же существуют. Витязь поднялся на второй этаж хрущобы во время двадцатиминутного отсутствия Змея. Открыть замок, не имея ключа, для особого порученца — дело плевое. Витязь вошел, прошел на кухню — вон, рядом с пустой банкой кофе лежит его бейсболка, и тут в дверь кто-то позвонил. Открывать Витязь, ясен перец, не собирался, но в глазок легкомысленно заглянул. Закрыл доступ свету, что отражался от зеркала в прихожей, а убийца с другой стороны двери заметил, как в «глазке» потускнело, и выстрелил.
Спец Витязь погиб, как последний лох из голливудского кино. Что косвенно свидетельствует — «хвостов» он не опасался. Приехал «чистый» и... Как же так? А?..
Почему Руслан приехал без предварительного звонка?.. Хотя, возможно, он и звонил вчера, но Змей допоздна, до ночи торчал в редакции...
Что заставило Витязя приехать?..
Что-то экстраординарное, это ясно, но что?..
Анализируя ситуацию, Змей бесшумной трусцой сбегал в комнату. Бросил бумажный пакет с кофейными зернами на незастланную кровать. Выдвинул верхний ящик в тумбе письменного стола. Кофейные зерна высыпались, покатились по складкам одеяла. Змей нашел в ящике маркер. Зерна кофе забарабанили, покатились по полу. С маркером в руке Змей выскользнул из квартиры. С того момента, как обыватель Змеев превратился в Змея, прошло чуть больше минуты.
Змей черкнул маркером по дверной панели. Так, чтобы жирная полоса прошла по разбитому пулей «глазку». Не бог весть какой камуфляж, но простого человека обманет — пострадавший «глазок» соседи сочтут за сопутствующий граффити акт вандализма.
Змей зачеркнул «глазок» и скруглил линию, выписал на двери заглавную букву "Ц", скорописью на стене намалевал «ой». Полоснул маркером, изображая тире, черкнул небрежно: «Бог». Получилось: «Цой — бог». Вполне в духе времени и созвучно с каракулями, по поводу которых старик Юшкин собирался стучать ментам.
Змей спеша дорисовал восклицательный знак в конце слогана, маркер скрипел противно, но порученец распознал звук нарочито тихих, крадущихся шагов этажом ниже. И резко обернулся.
На площадку между первым и вторым этажами прокрался рослый молодой мужчина в легком, летнем пиджаке, с решительным и серьезным лицом и с пистолетом, снабженным цилиндром глушителя в левой руке.
Левша отреагировал на резкий поворот Змея вполне предсказуемо, исходя из сложившейся мизансцены, однако не ахти чтобы очень умело. Слишком судорожно указательный палец левой руки надавил дугу спуска, отчего ствол повело вверх. В то время как Змей, наоборот, уходил вниз.
Змей до предела расслабил мышцы нижних конечностей, осел на верхних ступеньках, как подкошенный, и, оттолкнувшись от стены, покатился вниз, по диагонали, к перилам на изломе этажей, где стоял стрелок. Покатился по наклонной ступенчатой плоскости с ловкостью каскадера, а на самом деле гораздо ловчее и, главное, быстрее, чем требуется при съемках кино.
В мгновение ока Змей оказался рядом с левшой этаким колобком у него под ногами. Рукой с зажатым в кулаке маркером ударил стрелка в пах. Подскакивая, другой рукой выбил оружие, а лбом боднул в подбородок. Подскочив, насадил киллера на взлетевшее стремительно колено. И все было кончено. Для Левши. В том смысле, что киллер перестал быть осознающим себя индивидуумом, превратился в бессознательный набор мяса, костей и требухи, а Змей продолжил двигаться в ускоренном темпе весьма осмысленно.
Левшу, из которого выбил дух, Змей взвалил на плечи. Так, будто собирался провести бросок «мельница» из арсенала спортивного самбо. И с грузом на плечах в два прыжка вернулся к двери с литерой "Ц". Скрылся за дверью на секунду, выскользнул обратно, мягко сбежал по ступенькам, подобрал пистолет. Хищно огляделся, углядел гильзу, сунул ее в карман джинсов. Расплющенную пулю искал долгих тридцать секунд. Пуля попала в точку недорисованного восклицательного знака, отрикошетила, но Змей все же ее нашел в углу площадки между этажами. Дорисовал маркером незаконченный восклицательный знак и юркнул к себе в прихожую. Где лежали полуживой и мертвый мужчины.
Найдя, подобрав, дорисовав и юркнув, Змей щелкнул замком. Перевел дыхание. Смахнул вспотевшие волосы со лба. Пистолет за поясом, пуля и гильзы в кармане, в кулаке маркер. Под ногами убитый коллега и, скорее всего, его бесчувственный убийца...
Змей выронил маркер, отфутболил его в угол, нагнулся к бесчувственному телу... Да, болевой шок от удара в пах, нокаутирующий удар в подбородок и контрольный коленом под диафрагму, это — да, это не слабая анестезия, это Змей малость переборщил. Черт его знает, какое у киллера здоровье, может и вообще не вернуться в сознание. Что плохо, очень. А может, и оклемается минут через сорок. Чего гадать — поживем — увидим, а сейчас надо работать.
Змей перенес полуживого в комнату. Затем задернул шторы. Потом занялся трупом. Поднял мертвеца, ногой сместил коврик, что лежал вплотную к порогу, спрятал под ковриком лужицу крови в прихожей.
Под ногами захрустели кофейные зерна. Витязя он уложил на кровать. Незнакомец валялся у письменного стола. Из нижнего ящика тумбы стола Змей достал скотч и ножницы. Прежде чем спеленать пленника липкой лентой, Змей тщательно обшарил его карманы. Нашлись ключи с дешевым брелоком, пачка сигарет, разовая зажигалка, паспорт, носовой платок и бумажник. В бумажнике, кроме замусоленных денег, обнаружилась фотография. Цветное фото Олега Змеева.
Фотография — итог удачной работы профессионального папарацци. Олега фотографировали исподтишка, он получился анфас похожим на себя, узнаваемым. На обороте фотографической карточки надпись: «Змеев Олег». И приписка: «Живет один». И ниже адрес. Записи на обороте сделаны печатными буквами.
Змей рассмотрел со всех сторон карточку со своим портретом и взялся за паспорт.
Краснокожая паспортина выдана ...дцать лет тому гр. Шмакову Николаю Николаевичу. На казенной фотке та же рожа, что и у киллера, только, конечно, помоложе и поцелее. Во всяком случае, на первый взгляд, фотографировался на паспорт этот тип, когда был моложе. Хотя, если паспорт фальшивый, то не исключено, что его носителя загримировали, подмолодили, прежде чем сфотографировать. Не исключено.
Судя по документу, Шмаков — ровесник Змеева, местный уроженец. Прописан, если верить паспорту, недалеко от этого дома, где он застрелил Витязя и пытался устранить Змея. Если верить.
В том, что именно этот тип прострелил мозг коллеги, Змей не сомневался. Возможны, разумеется, всякие варианты.
Отложив паспорт, Змей освидетельствовал пистолет. Ничем особенным не выдающаяся «пушка» — «Тульский Токарева» со стандартным, выпускаемым по спецзаказам глушителем. Выщелкнул обойму. Из пистолета стреляли дважды, если обойма изначально была снаряжена полностью, плюс в стволе сидел дополнительный патрон. Интуиция подсказывала, что патрон в стволе был. Интуиции Змей привык доверять. Змей вернул обойму на место, поставил оружие на предохранитель, сунул пистолет за пояс.
Интуиция также подсказывала, что паспорт подлинный и убийцу действительно зовут Колей. И они, Олег и Коля, вполне могли встречаться, например в магазине, поскольку проживают в одном маленьком городке и относительно недалеко. Змей еще раз взглянул на страничку в паспорте со штампиком прописки. За полчасика можно дойти от дома Змеева до обиталища Шмакова. Змей перевернул страничку — запись об актах гражданского состояния отсутствует, то есть Шмаков холост. Если, конечно, он и правда Шмаков. Если паспорт действительно подлинный. Если интуиция не подвела.
Доверяй, но проверяй.
Заверещал, сматываясь с бобины, скотч. Звякнули ножницы. Скотч прилип к запястьям киллера. Когда Змей переворачивал пленного на живот и закидывал его руки за спину, тот даже не застонал. Потрогал жилку у него на шее — вроде бы сердце бьется. Змей не жалел липкой ленты, хватило и на то, чтобы «склеить» запястья, и на «сращивание» лодыжек.
Затыкать кляпом рот человеку в отключке Змей поостерегся. И без кляпа киллер дышит неважно. А если случится, что он очнется в отсутствие Змея, то, дураку ясно, орать не будет.
Будет пытаться освободиться от пут. Пускай. Пусть лучше копошится, чем думает. Пусть лучше надеется на что-то, чем сходит с ума от отчаяния. Все равно убежать не успеет. Не в том состоянии. А надежда поможет организму избежать инфаркта или инсульта.
Спеленав киллера, Змей зашел в ванную. Придирчиво осмотрел свое отражение в зеркале над раковиной. Все вроде нормально, только испачкался, когда по ступенькам кувыркался. Да ладошку замарал маркером.
Змей вымыл руки, ополоснул лицо, плеснул на джинсы, на прилипшую пыль, и тут шум льющейся из крана воды заглушило надрывное ДЗЫ-Ы-Ы... дверного звонка...
Змей чертыхнулся, выхватил пистолет из-за пояса, передернул затвор, снял оружие с предохранителя. Педантично закрыл кран. Скользнул в прихожую.
Он двигался быстро, приставным шагом, чувствуя спиной стену. Шел боком, левым боком вперед. В правой опущенной руке сжимал пистолет. Ласкал пальцем дугу спуска. Шел так, чтобы избежать гипотетического выстрела из дырки, пробитой фатальной для Витязя пулей.
— Кто? — спросил Змей и опустился на корточки.
— Телеграмма вам, — ответил немолодой женский голос.
Голос был печально знакомым. Принадлежал особе, еще более вздорной, чем старик Юшкин. Столкнувшись однажды с нею возле почтовых ящиков, Олег вежливо поинтересовался, почему журнал «Новый мир» за позапрошлый месяц еще не принесли, и нарвался на такую ругань, что от всей души пожалел соседей, сослуживцев и родственников этой сухонькой, голосистой пожилой женщины.
Змей разогнул колени, сунул пистолет сзади за пояс, распахнул дверь.
— Распишитесь. — Тетка протянула жильцу копеечную шариковую ручку, квиток и бланк телеграммы.
«Сон в руку», — подумал получатель, черкая закорючку. Взглянул на телеграфный бланк повнимательнее, нахмурился:
— Телеграмма с пометкой «Молния», отметку вижу — вчера отправлена днем из Москвы, а вы мне ее приносите только сегодня.
— А мы вам вчера с почты звонили, — огрызнулась тетка. — У вас вчера трубку не сняли!
— Так хотя бы сегодня пораньше принесли, ведь...
— А кроме вашей, и другим разносить надо! — перебила тетка. — А я не курьерский поезд!
— Но ведь «Молния»!
— Но не про смерть! А другим надо на похороны, успевать! А не нравится — сами идите к нам на работу, раз такой...
Змей захлопнул дверь, отсек брызжущую слюной тетку. Возмущался по поводу безобразно запоздавшей «Молнии» порученец Змей на самом-то деле для порядка. Так сказать, играя обывателя, каковым уже перестал быть. Порученцев учили вписываться в ситуации, и Змей вписался, воспринял почтовое безобразие как данность. Возмущался, а сам тем временем вдумывался в текст «Молнии».
«ОТПРАВЛЯЛИ КОМАНДИРОВКУ МОГИЛЕВ ЗПТ ОТКАЗАЛСЯ ТЧК ВОЛНУЮСЬ ТВОЕ ЗДОРОВЬЕ ТЧК ЖДИ РУСЛАН ТЧК»
Поездкой «в город Могилев» в начале века двадцатого фигурально именовали смерть.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30
 ламинат немецкого производства рекомендую тут 
 https://PlitkaOboi.ru/plitka/gayafores/origen-148245-collection/ 

 https://www.vsanuzel.ru/katalog/smesiteli/dlya-vanny/s-termostatom/