Левое меню

Правое меню

 https://PlitkaOboi.ru/plitka/uralkeramika/blanka-193588-collection/      купить качественный ламинат 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Грин Грэм

Монсеньор Кихот


 

На этой странице сайта выложена бесплатная книга Монсеньор Кихот автора, которого зовут Грин Грэм. На сайте alted.ru вы можете или скачать бесплатно книгу Монсеньор Кихот в форматах RTF, TXT, FB2 и EPUB, или же читать онлайн электронную книгу Грин Грэм - Монсеньор Кихот, причем без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Монсеньор Кихот равен 136.93 KB

Грин Грэм - Монсеньор Кихот - скачать бесплатную электронную книгу



OCR & spellcheck by HarryFan; Spellcheck: Сергей ЗахаровЭй-Ди Лтд; Москва; 1994
Грэм Грин
Монсеньор Кихот
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
ГЛАВА I
О том, как отец Кихот стал монсеньором
Вот как это было. Отец Кихот велел своей домоправительнице приготовить ему обед на одного и отправился по шоссе, ведущему в Валенсию, за вином в местный кооператив, что находится в восьми километрах от Эль-Тобосо. В этот день над высохшими полями стояло, подрагивая, жаркое марево, а в его маленьком «сеате-600», который он купил по случаю восемь лет тому назад, воздушного кондиционера не было. Двинувшись в путь, отец Кихот с грустью подумал, что настанет день, когда ему придется подыскивать себе новую машину. Годы жизни собаки надо помножить на семь, чтобы понять, в каком она возрасте по сравнению с человеком, — значит, его машина по такому счету только еще вступает в преклонный возраст, однако его прихожане, как он заметил, смотрят на нее почти как на развалину. «Нельзя ей больше доверяться, Дон Кихот», — предупреждали они его, а что он мог сказать в ответ? Только одно: «Она была со мной в тяжелые дни, и я молю бога, чтобы она пережила меня». Столько его молитв осталось без ответа, что он надеялся: уж эта-то застряла, словно сера, в ухе Всевышнего.
Отец Кихот угадывал, где пролегает шоссе, по облачкам пыли, которые поднимали мчавшиеся по нему машины. Он ехал и думал о судьбе, ожидавшей «сеат», который в память о своем предке Дон Кихоте он называл «мой Росинант». Мысль, что его маленькая машина будет ржаветь на свалке, была ему невыносима. Он даже подумывал о том, чтобы купить клочок земли и оставить его в наследство кому-нибудь из прихожан при условии, что там построят сарай, где и упокоится его «сеат», но не было такого прихожанина, которому он мог бы доверить исполнение своей воли, да и вообще его «сеату» не избежать медленной смерти от ржавения, так что, пожалуй, пресс на свалке был бы для него менее жестоким концом. В сотый раз обдумывая все это, отец Кихот чуть не налетел на черный «мерседес», стоявший за выездом на шоссе. Решив, что человек в черном отдыхает за рулем — ведь путь из Валенсии в Мадрид неблизкий, — он прямиком направился в кооператив купить бутыль вина; только уже возвращаясь назад, он заметил у сидящего за рулем белый воротничок католического священника, словно перед его глазами взмахнули белым платком, подавая сигнал бедствия. Любопытно, подумал он, откуда это у его собрата-священника могут быть такие деньги, чтобы раскатывать в «мерседесе»? Но, подойдя поближе, он обнаружил ниже воротничка пурпурный нагрудник, указывавший на то, что перед ним по крайней мере монсеньор, если не сам епископ.
А у отца Кихота были основания опасаться епископов: он прекрасно знал, в какой немилости он у своего епископа, видевшего в нем, несмотря на его именитую родословную, чуть ли не крестьянина. «Разве можно быть потомком литературного героя, придуманного писателем?» — заметил как-то епископ в одной частной беседе, которая была тут же передана отцу Кихоту.
Человек, с которым беседовал епископ, переспросил в изумлении: «Придуманного писателем?»
«Ну да, это же герой романа некоего переоцененного публикой писателя по имени Сервантес, к тому же романа, перегруженного омерзительнейшими пассажами, которые во времена генералиссимуса цензор ни за что бы не пропустил».
"Но, Ваше преосвященство, в Эль-Тобосо есть дом Дульсинеи. На нем висит табличка с надписью: «Дом Дульсинеи».
«Ловушка для туристов. К тому же Кихот, — язвительно продолжал епископ, — это даже не испанское имя. Сервантес сам говорил, что звали его героя скорее всего Кихада, или Кесада, или даже Кехана, да и сам Дон Кихот на смертном одре называет себя Кихано».
«Я вижу, вы действительно читали эту книгу, Ваше преосвященство».
«Только первую главу — дальше не пошло. Хотя, конечно, я заглянул и в последнюю. Всегда так поступаю с романами».
«Возможно, кого-нибудь из предков отца Кихота и звали Кихада или Кехана».
«У людей такого сословия не бывает предков».
Посему понятно, что отец Кихот не без внутренней дрожи представился сановной особе, сидевшей в роскошном «мерседесе».
— Меня зовут падре Кихот, монсеньор. Могу я быть вам чем-нибудь полезен?
— Безусловно можете, друг мой. Я — епископ Мотопский… — говорил епископ с сильным итальянским акцентом.
— Епископ Мотопский?
— In partibus infidelium [в краю неверующих (лат.)], друг мой. Нет ли тут поблизости гаража? Моя машина не желает ехать дальше, так что если бы здесь был ресторан… а то желудок мой уже начинает требовать пищи.
— В моем селении есть гараж, но он сегодня закрыт из-за похорон — умерла теща хозяина.
— Мир праху ее, — машинально пробормотал епископ, сжимая наперсный крест. И добавил: — Вот ведь незадача!
— Он вернется к себе часа через два-три.
— Через два-три! А есть тут поблизости ресторан?
— Если бы вы оказали мне честь, монсеньор, и разделили со мною мой скромный обед… ресторан в Эль-Тобосо я не могу вам рекомендовать — ни в отношении кухни, ни в отношении вина.
— В моем положении просто необходимо выпить стакан вина.
— Я могу предложить вам доброе местное вино и, если вас это устроит, простой бифштекс… и салат. Моя домоправительница готовит с запасом — я никогда всего не съедаю.
— Друг мой, да вы просто переодетый ангел-спаситель! Поехали к вам.
Переднее сиденье в машине отца Кихота было занято бутылью с вином; но епископ настоял на том, чтобы ее не трогать, и, согнувшись в три погибели — а он был очень высокий, — залез на заднее сиденье.
— Нельзя тревожить вино, — сказал он.
— Вино-то неважнецкое, монсеньор, а вам было бы куда удобнее…
— Со времен брака в Кане [имеется в виду брак в Кане, упоминаемый в Библии] ни одно вино нельзя считать неважнецким, друг мой.
Отец Кихот почувствовал, что его осадили, и между спутниками воцарилось молчание, пока они не доехали до маленького домика возле церкви. У отца Кихота отлегло от сердца, лишь когда епископ, пригнувшись, чтобы войти в дверь, которая вела прямо в гостиную, заметил:
— Это для меня большая честь — быть гостем в доме Дон Кихота.
— Мой епископ не одобряет этой книги.
— Святость и литературный вкус не всегда идут рука об руку.
Епископ подошел к книжной полке, где отец Кихот хранил свой служебник, молитвенник. Новый завет, несколько потрепанных книжечек по теологии, оставшихся от его занятий, и кое-какие труды своих любимых святых.
— Прошу меня извинить, монсеньер…
И отец Кихот отправился разыскивать свою домоправительницу на кухню, которая служила ей одновременно спальней, а кухонная раковина — умывальником. Женщина она была плотная, с выпирающими зубами и намеком на усики; она не доверяла ни одному живому существу, святых же в известной мере уважала, особенно женского пола. Звали ее Тереса, и никому в Эль-Тобосо не пришло в голову прозвать ее Дульсинеей, поскольку никто, кроме мэра, слывшего коммунистом, и владельца ресторана не читал произведения Сервантеса, да и то сомнительно, чтоб последний продвинулся дальше сражения с ветряными мельницами.
— Тереса, — сказал отец Кихот, — у нас гость к обеду: надо побыстрее все приготовить.
— Да ведь у нас один только ваш бифштекс и салат, ну и еще остатки ламанчского сыра.
— Бифштекса моего хватит на двоих, да и епископ такой милый.
— Епископ? Нет уж, ему я не стану прислуживать.
— Да не наш епископ. Итальянский. Прелюбезнейший человек.
И отец Кихот объяснил, при каких обстоятельствах он встретился с епископом.
— Но ведь бифштекс-то… — сказала Тереса.
— А что такое?
— Ну нельзя же подавать епископу бифштекс из конины.
— Мой бифштекс — из конины?
— Я вам всегда такой готовлю. Откуда же мне взять говядины на те деньги, что вы мне даете?
— И ничего другого у тебя нет?
— Ничего.
— О, господи, господи. Будем молиться, чтобы он не заметил. Я-то ведь не замечал до сих пор.
— А вы никогда ничего лучшего и не ели.
Отец Кихот вернулся к епископу с полбутылкой малаги в весьма смятенном состоянии духа. К радости отца Кихота, епископ согласился выпить рюмочку, а потом и другую. Может, вино притупит его вкус. Епископ уютно устроился в единственном кресле отца Кихота. А отец Кихот с тревогой изучал гостя. Епископ не выглядел опасным человеком. Лицо у него было очень гладкое — точно никогда не знало бритвы. Отец Кихот пожалел, что не побрился утром после ранней мессы, которую отслужил в пустой церкви.
— Вы сейчас на отдыхе, монсеньор?
— Не совсем, хотя, по правде говоря, я рад побыть вне Рима. Я знаю испанский, и Святой Отец поручил мне одну конфиденциальную миссию. У вас в Эль-Тобосо, наверное, очень много бывает иностранных туристов.
— Не так уж много, монсеньор: тут ведь и смотреть-то особенно не на что, если не считать музея.
— А что у вас за музей?
— Это совсем маленький музей, монсеньор, — всего одна комната. Не больше этой моей гостиной. Ничего интересного там нет — одни автографы.
— Какие автографы? Можно мне еще рюмочку малаги? А то от сидения на солнце в этом сломанном автомобиле у меня такая появилась жажда.
— Вы уж извините меня, монсеньор. Видите, какой из меня плохой хозяин.
— Я еще ни разу не встречал музея автографов.
— Видите ли, мэр Эль-Тобосо много лет назад начал писать главам государств с просьбой прислать переводы Сервантеса со своим автографом. И собралась замечательнейшая коллекция. Конечно, у нас есть автограф генерала Франко на главном экземпляре, как я бы его назвал; есть автографы Муссолини и Гитлера — этот писал так мелко, точно мушиный помет, — и Черчилля, и Гинденбурга, и какого-то Рамсея Макдональда — он, кажется, был премьер-министром Шотландии.
— Великобритании, отче.
Тут вошла Тереса с бифштексами, мужчины сели за стол, и епископ произнес молитву.
Отец Кихот разлил вино и не без внутренней дрожи стал наблюдать за тем, как епископ отрезал кусочек бифштекса и быстро запил его вином — наверное, чтобы отбить специфический вкус.
— Это весьма заурядное вино, монсеньор, но есть у нас ламанчское — вот им мы очень гордимся.
— Вино вполне пристойное, — сказал епископ, — а вот бифштекс… бифштекс, — повторил он, уставясь в тарелку, и отец Кихот приготовился к худшему, — бифштекс… — в третий раз сказал епископ, словно ища в глубинах памяти описания древних обрядов и то слово, которое тогда употребляли вместо анафемы (Тереса, подойдя к двери, тоже дожидалась его приговора), — ни за одним столом, никогда и нигде не пробовал я… такого нежного, такого ароматного, позволю себе даже допустить святотатство и сказать — такого божественного бифштекса. Я хотел бы поздравить вашу замечательную домоправительницу.
— Она тут, монсеньор.
— Любезная моя, разрешите пожать вашу руку. — И епископ протянул ей свою руку с перстнем, как протягивают скорее для поцелуя, чем для рукопожатия. Тереса же поспешно попятилась на кухню. — Я что-нибудь не так сказал? — спросил епископ.
— Нет, нет, монсеньор. Просто она не привыкла готовить для епископов.
— Лицо у нее некрасивое, но честное. А в наши дни, даже в Италии, домоправительницы часто вводят в смущение — такие красотки, хоть завтра женись, и — увы! — очень часто этим дело и кончается.
Тереса влетела с сыром и столь же стремительно вылетела из комнаты.
— Немножко нашего queso manchego [ламанчского сыра (исп.)], монсеньор?
— И, пожалуй, еще рюмочку вина к нему.
Отец Кихот почувствовал, как по телу начало разливаться приятное тепло. Все подталкивало его к тому, чтобы задать вопрос, с которым он не осмелился бы обратиться к собственному епископу. Римский епископ, в конце концов, все-таки ближе к источнику веры, да и то, что епископу понравился бифштекс из конины, придавало смелости. Ведь не случайно же отец Кихот назвал свой «сеат-600» «Росинантом», и если спросить о нем, как о лошади, то, пожалуй, скорее получишь благоприятный ответ.
— Монсеньор, — сказал он, — есть один вопрос, который я часто задаю себе, вопрос, который, наверное, скорее придет на ум деревенскому жителю, чем горожанину. — Он помедлил, словно пловец перед прыжком в холодную воду. — Как, по-вашему, молиться господу за здравие лошади — это богохульство?
— О здравии лошади здесь, на земле, — не колеблясь, отвечал епископ, — нет, такая молитва вполне допустима. "Святые отцы учат нас, что господь создал животных для человека, и долгая жизнь лошади на службе человеку не менее желательна в глазах господа, как и долгая жизнь моего «мерседеса», который, боюсь, начинает меня подводить. Должен, однако, признаться, что чудес с неодушевленными предметами не зарегистрировано, а вот что касается животных, то у нас есть пример валаамовой ослицы, которая по велению господа оказала необычайную услугу Валааму.
— Я-то думал не о пользе, какую лошадь может принести своему хозяину, а о том, можно ли молиться за ее благополучие… и даже за то, чтоб ей выдалась легкая смерть.
— Я не вижу возражений против того, чтобы молиться за ее благополучие: лошадь после этого вполне может стать послушнее и лучше служить своему хозяину, — но я не вполне уверен, что вы имеете в виду, говоря о легкой для лошади смерти. Легкая смерть для человека означает смерть в единении с богом, обещание вечной жизни. Мы можем молиться за земную жизнь лошади, но не за вечную ее жизнь — это уже граничило бы со святотатством. Правда, есть в нашей Церкви течение, которое считает, что собака наделена эмбрионом души, хотя лично я нахожу эту идею сентиментальной и опасной. Не следует открывать без нужды лишние двери неосторожными суждениями. Ведь если у собаки есть душа, то почему ее не должно быть у носорога или кенгуру?
— Или у комара?
— Вот именно. Я вижу, отче, что вы стоите на правильных позициях.
— Вот только я никогда не мог понять, монсеньор, как это комар мог быть сотворен для пользы человека. Какая же от него польза?
— Ну что вы, отче, польза очевидная. Комара можно сравнить с плетью в руках господа. Он учит нас терпеть боль во имя любви к Нему. А этот пренеприятный писк, который мы слышим, — это, возможно, пищит сам бог.
У отца Кихота была злосчастная привычка одинокого человека — произносить свои мысли вслух.
— То же, наверно, можно сказать и о блохе.
Епископ внимательно на него посмотрел, но во взгляде отца Кихота не было и грана издевки: он был явно погружен в собственные мысли.
— Это великие тайны, — сказал ему епископ. — Где была бы наша вера, если б не было тайн?
— Я вот думаю, — сказал отец Кихот, — куда я девал бутылку коньяка, которую один человек из Томельосо принес мне года три тому назад. Сейчас, наверно, самый подходящий момент ее откупорить. Извините меня, на минутку, монсеньор… может, Тереса знает, где она. — И отец Кихот бросился на кухню.
— Он и так уже достаточно выпил для епископа, — заявила Тереса.
— Тихо ты. До чего же у тебя громкий голос. Бедняга епископ очень волнуется из-за своей машины. Подвела она его, как он считает.
— По мне, так сам он виноват. Девчонкой я ведь жила в Африке. Так негры и епископы вечно забывали заливать в машину бензин.
— Ты в самом деле думаешь… А ведь и правда — он совсем не от мира сего. Он, к примеру, считает, что писк комара… Давай сюда коньяк. Пока он будет пить, я пойду взгляну, что там можно сделать с его машиной.
Отец Кихот достал из багажника «Росинанта» канистру с бензином. Он не думал, что проблема решится так просто, но отчего не попробовать, — ну и конечно, бак у епископа оказался пустой. Почему же он этого не заметил? Наверно, все-таки заметил, да постеснялся признаться деревенскому священнику в своей глупости. Отцу Кихоту стало жаль епископа. Этот итальянец был человек добрый — не то что его собственный епископ. Он выпил молодое вино, даже не поморщившись; с удовольствием съел бифштекс из конины. Отцу Кихоту не хотелось унижать такого человека. Но как же сделать, чтобы не уронить его достоинства? Отец Кихот долго раздумывал, прислонившись к капоту «мерседеса» Если епископ не заметил отметки на приборе, тогда нетрудно прикинуться искусным механиком, каким он вовсе не был. В любом случае не мешает вымазать в масле руки…
А епископу очень пришелся по душе коньяк из Томельосо.

Грин Грэм - Монсеньор Кихот => читать книгу далее


Надеемся, что книга Монсеньор Кихот автора Грин Грэм вам понравится!
Если это произойдет, то можете порекомендовать книгу Монсеньор Кихот своим друзьям, проставив ссылку на страницу с произведением Грин Грэм - Монсеньор Кихот.
Ключевые слова страницы: Монсеньор Кихот; Грин Грэм, скачать, читать, книга и бесплатно
 интернет-магазин Plitkaoboi.ru 
 https://PlitkaOboi.ru/plitka/uralkeramika/laguna-76765-collection/ 

 https://www.vsanuzel.ru/katalog/ustanovka/gidro-servis-ustanovka-vodonagrevatelya-nakopitelnogo-vodyanogo-132957/