Левое меню

Правое меню

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Вспомнили, как хреново вам было, когда шторм накрыл вас в первый раз? – спросил я, и он кивнул. – На сей раз плохо не будет. Похоже, с каждым разом становится все легче и легче. Впрочем, можете держаться за мой пояс, и если я почувствую, что вы теряете сознание, то брошу ружье и вытащу вас. Но лучше все же постарайтесь оставаться на ногах, поскольку оружие нам наверняка пригодится.
Он снова кивнул, протянул руку и уцепился пальцами за мой пояс.
– Когда мы подойдем вплотную – закройте глаза, а то их запорошит пылью, – посоветовал я. – И сосредоточьтесь на том, чтобы удержаться на ногах и не потерять меня.
После этого мы вошли в туманную стену. На сей раз для меня это оказалось делом совсем легким, но я мог представить, каково приходится ему. Как оказалось, мне настолько не составляло труда идти вперед, что, когда мы уже практически дошли до противоположного края, я даже позволил себе прислушаться к доносящемуся снаружи голосу Мэри.
– ..пристрелите его! – почти истерически кричала Мэри.
– Нет, – раздался еще чей-то голос. – Только попробуй упросить их причинить ему хоть какой-то вред, и я пристрелю тебя!
Голос принадлежал девочке, и это была самая длинная речь, которую я от нее слышал.
Глава 13
Я сделал еще несколько шагов вперед, миновал слой пыли и открыл глаза. Впечатление было такое, будто в лощинке, где я оставил Мэри, Уэнди и собак, кто-то протрубил общий сбор. Мэри с дочерью, разумеется, по-прежнему находились здесь. Собаки замерли в напряженных позах, не издавая ни звука. Уэнди плотно прижалась к матери, а Мэри смотрела в противоположную от меня сторону.
Там расположились Санди и девочка, которая, скрестив ноги, сидела на земле, нацелив на Мэри «двадцать второй». Спиной девочка прижималась к леопарду. Он тоже сидел и, казалось, страшно скучал, однако кончик его хвоста угрожающе подергивался. Он уставился на полукольцо фигур, наставивших на него ружья, но казавшихся немного растерянными. Тек со своей бандой явились навестить нас и, очевидно, неожиданно столкнулись с непредвиденной проблемой.
Наше с Биллом Голтом появление из туманной стены нисколько не ослабило напряженность ситуации. Более того, оно явилось для них настоящим ударом. Они уставились на нас так, будто мы с Биллом были материализовавшимися прямо у них на глазах привидениями, и тут у меня в голове внезапно встало на место интуитивное заключение. Так же, как когда-то я, они, очевидно, предпочитали избегать туманных стен. Впрочем, вне всякого сомнения, все те, кто на сегодняшний день еще оставались на свете, тоже всячески избегали их, инстинктивно помня об эмоциональном ударе и ужасных ощущениях, которыми сопровождалось первое столкновение со штормом времени. И тут вдруг появляемся мы с Биллом, причем появляемся именно из этой самой пугающей туманной стены, с такой легкостью, будто пришли из соседней комнаты.
Не успел я понять все это, как тут же понял и еще кое-что. Мне вдруг стал совершенно ясен обрывок услышанного разговора. Совершенно очевидно, что «им», которого Мэри призывала Тека и его людей пристрелить, был Санди, и столь же очевидно и то, что Санди и девочка явились сюда, разыскивая меня, а следовательно. Тек и компания, возможно, все это время следили не только за собаками и всеми нами, но и за ними тоже.
Я как раз успел дойти в мыслях до этого места, когда немая сцена, участники которой – девочка и шайка Тека – растерянно пялились на меня, была неожиданно и весело прервана Санди. Даже сидя ко мне спиной, леопард явно услышал, унюхал или каким-то иным способом учуял мое появление. Он вскочил, развернулся и огромными скачками, как большой котенок, понесся ко мне, урча подобно лодочному мотору, и с необузданной радостью бросился мне на грудь.
На то, чтобы приготовиться к этой радостной встрече, у меня оставалось не больше секунды, но никакая подготовка тут помочь просто не могла. Когда стосорокафунтовый леопард любовно врезается вам в солнечное сплетение, вы сразу оцениваете все преимущества четырех ног перед двумя. Когда один кот изъявляет свою привязанность другому, у получателя подобных ласк остается по крайней мере еще две лапы, чтобы сохранить равновесие. Я же покачнулся и едва не упал. Тем временем Мэри, не понимающая, в чем дело, обернулась и увидела меня.
– Марк! – воскликнула она.
В ее голосе было столько отчаянного облегчения, что я был почти готов забыть, как она всего несколько мгновений назад, желая избавиться от Санди и девочки, была готова перейти на сторону врага. Но мои проблемы все еще не закончились, поскольку теперь уже она кинулась ко мне с распростертыми объятиями.
– Тебя не было несколько часов! – воскликнула она. Времени доказывать, что я отсутствовал никак не более часа, у меня просто не было, поскольку Санди, заметив ее приближение, очевидно, уже классифицировал ее как потенциального противника и решил принять меры. Я успел оттолкнуть Мэри одной рукой, другой одновременно исхитрившись сильно шлепнуть Санди по носу, чтобы не допустить смертельного удара когтистой лапы, который превратил бы наше счастливое воссоединение в самую настоящую трагедию.
Мне удалось и то и другое – но, конечно же, в результате я получил одновременно и посчитавшую себя отвергнутой женщину, и посчитавшего себя отвергнутым леопарда. Мэри, которую я оттолкнул, была смертельно обижена. Санди же вообще был буквально раздавлен. Я попытался утешить сразу обоих – леопарда лаской, а женщину словами.
– Мэри – нет! – сказал я. – Ну что ты! Я люблю тебя – но только держись подальше, ладно? А то Санди разорвет тебя пополам.
– Тогда зачем же ты его гладишь? – вскричала Мэри.
– Чтобы он не вырвался и не задрал кого-нибудь еще! Ради бога... – закричал я на нее, – стой где стоишь! И держи Уэнди...
Я начинал задыхаться. Санди, очевидно, уже простил меня и снова начал отчаянно с любовью прыгать на меня, едва не сбивая с ног.
– Санди, лежать! – Я ухитрился прижать леопарда к земле и навалился на него, а он ласково и любовно лизал те части моего тела, которые были в пределах досягаемости. Я поднял глаза и взглянул на девочку.
– Что вы делаете на этом берегу реки? – прорычал я.
– Он вырвался! – сообщила она.
Я молча посмотрел на нее, поскольку это была совершенно наглая ложь. Санди скорее задушил бы себя теми цепями, которыми я его привязал, но вырваться бы не смог никогда. Само собой, нахальная девчонка нарочно отпустила его, чтобы вместе с ним следовать за мной. Я знал это, и она знала, что я знаю, и я ясно видел, что ей ровным счетом наплевать на то, что я ее раскусил.
Девочка, леопард и женщина – и ни с кем из них я буквально ничего не мог поделать. Я огляделся по сторонам, ища кого-нибудь в одной со мной весовой категории, и остановил взгляд на Теке. Здоровый парень, просто косая сажень в плечах, и лет на пять-шесть моложе меня; по тому, как непринужденно он двигался, поигрывая мышцами, было ясно, что он прирожденный атлет. Тек наверняка вполне мог бы удерживать меня одной рукой, а второй в это время выколачивать из меня дух, но в тот момент, не будь я так занят утихомириванием Санди, я бы, наверное, бросился на Тека просто ради того, чтобы иметь возможность хоть кого-то на законном основании ударить.
Поскольку, чтобы управиться с Санди и с Мэри, мне нужны были свободные руки, я бросил на землю и автомат, и ружье. Но автомат лежал на расстоянии вытянутой руки. Я схватил его, направил на Тека и заметил, что Билл Голт сохранил достаточно присутствия духа, чтобы взять свой армейский автоматический карабин наизготовку. В смысле чисто огневой мощи мы вдвоем намного превосходили охотничьи ружья Тека и его людей, а собаки компенсировали все наши прочие возможные недостатки. Но тут Тек вдруг сделал то, от чего я буквально лишился дара речи.
– Стойте! – заорал он прежде, чем я успел произнести хоть слово. – Стойте... Я с вами!
К моему удивлению, он швырнул свое ружье к ногам Мэри, безоружным подошел к нам и повернулся лицом к своим прежним товарищам. Затем он улыбнулся Мэри и вежливо кивнул мне.
– Приказывайте, – сказал он мне. – Я больше не прикоснусь к ружью, если вы мне не разрешите.
Когда он столь неожиданно переметнулся на сторону противника, его приятели на мгновение буквально окаменели. Но вскоре они опомнились и яростно завопили:
– Тек!
– Тек, подлец, а как же мы?
– Тек, черт бы тебя побрал!
– Тек...
– Мне очень жаль, – отозвался он, пожимая плечами и улыбаясь. – Я всегда чувствую, когда встречаю лучшую команду, чем прежняя, вот и все. Если у вас хватает ума, вы тоже перейдете на их сторону. Если же нет, то нечего винить в этом меня.
Трое из пяти тут же начали с ним спорить. Но он ничего не отвечал, и они постепенно замолчали. Один из тех двоих, что не пытались его отговаривать, наконец тоже заговорил. Это был узкоплечий лысеющий мужчина лет под сорок, с костистым мрачным лицом.
– Уж больно все это было быстро и просто, – сказал он. – Он так быстро перебежал к ним, будто задумал это заранее. Слушайте, ребята, пошли отсюда. Сваливаем, а Тек пусть остается с этими, раз ему так этого хочется.
Остальные неловко переминались с ноги на ногу. Я взглянул на Тека, но тот уставился куда-то за горизонт, игнорируя происходящее с безразличием, которое до этого я замечал лишь у Санди. Тут вдруг подал голос второй из тех, что не пытались отговорить Тека.
– Ну да, Гарни, конечно, – сказал он. – Давайте все уйдем, и заправлять вместо Тека будешь ты – скажешь нет? Лично я остаюсь. И вам, ребята, советую сделать то же самое.
Он подошел к нам и положил свое ружье рядом с ружьем Тека. Но как я обратил внимание, положил он его очень аккуратно. Это было ружье с затвором, и он бережно положил его затвором вверх, а отступил от него всего на какую-нибудь пару футов, так что при необходимости мог прыгнуть и мгновенно схватить его.
Медленно, один за другим, стали подтягиваться и остальные. Все, кроме Гарни, который предложил бросить Тека и уйти. Когда все они оказались рядом с нами и Гарни остался в одиночестве, Тек посмотрел на него.
– Ну что ж, – ласково сказал он. – Будь здоров, Гарни. Думаю, будет лучше, если ты направишься в противоположную от нас сторону.
– Хорошо, Тек, – кивнул Гарни, – хорошо. Я и сам больше не желаю иметь ни с одним из вас ничего общего.
Он отступил на несколько шагов, не спуская с нас глаз. Затем, решив, что пятясь выходить из пределов досягаемости наших ружей слишком долго и просто непрактично, развернулся и быстро пошел прочь. Вскоре он перевалил за край лощины и исчез из виду.
После этого люди Тека, которые присоединились к нам, нагнулись, чтобы разобрать свои ружья.
– Пусть лежат! – сказал Тек.
Они остановились, недоуменно глядя на него, но он кивнул в мою сторону:
– Пусть лежат, пока шеф не скажет нам, что делать. Я вдруг осознал, что все они смотрят на меня и что я все еще лежу, распростершись на Санди, одной рукой стараясь удержать его, а другой целюсь в них из «узи». К этому времени Санди уже почти успокоился, поэтому я поднялся на ноги, слегка шлепнул его, когда он попытался было возобновить свои приветствия, и повернулся к Теку и его товарищам.
– Ладно, – сказал я. – Давайте поговорим. Что-то не припомню, чтобы я давал объявление о наборе добровольцев. Тек пожал плечами.
– Попытка – не пытка, – сказал он.
– Марк! – резко сказала Мэри. Она с секунду смотрела на меня, будто собираясь что-то сказать, но, видимо, передумала и подошла ко мне вплотную. На сей раз я к своей вящей радости заметил, что она подошла так, что Санди оказался по другую сторону от меня. Она прижалась к моей груди, взяла меня за руки и зашептала на ухо:
– Марк, ты с ума сошел, что ли? Разве не лучше будет иметь этих людей в качестве друзей, а не врагов?
Я уже хотел ответить ей резкостью, но потом передумал. Я кивнул на Тека.
– Спроси его. Пусть он сам ответит на этот вопрос, – громко сказал я. – Давай, давай.
По лицу Мэри пробежала тень, и она как-то странно посмотрела на меня. Однако все же отступила от меня и повернулась к Теку.
– Я спросила Марка, а не лучше ли иметь вас в качестве друзей, а не врагов, – сказала она громко и отчетливо. – Но он велел спросить об этом вас.
– Само собой, – ответил Тек, – будь я на его месте, я бы тоже захотел узнать, какие есть доказательства того, что на нас можно положиться.
Она недоуменно уставилась на него. Он улыбнулся в ответ.
– Ну что – убедились? – сказал он. – Я никому ничего не навязываю. Я вызвался присоединиться к вам по собственной воле. Так что решать главному – как, вы говорили, его зовут? Марк, что ли? Так вот, решать Марку.
– И мне тоже! – резко заметила Мэри.
– И, разумеется, вам тоже, мэм, – согласился Тек. – Не сочтите за неуважение к вам и вашим песикам – но, доведись мне выбирать, с кем из вас заводить ссору, то гораздо больше я бы беспокоился по поводу Марка. Его самого, его ручного леопарда и вон того его приятеля.
Он кивнул в сторону Билла Голта. А я про него чуть уже и не забыл. Я подозвал его, представил Мэри, Уэнди и девочке, не спуская при этом подозрительного взгляда с Тека и остальных. Все это время мысль моя напряженно работала. Суть моих размышлений сводилась к следующему: если мы с Биллом и впрямь собираемся серьезно заняться проблемой шторма времени, нам понадобятся лишние руки, чтобы освободить нас от повседневной работы и необходимости обороняться от возможного неприятеля. Притом не следовало забывать и о том, что мы, пройдя сквозь одну из туманных стен, запросто можем оказаться в положении, где потребуется как можно больше вооруженных людей.
Кроме того, в словах Тека промелькнуло что-то, зажегшее какую-то искорку в моем сознании. Перечисляя причины, по которым ему не хотелось бы стать моим врагом, Тек в том числе упомянул и Санди. Я так привык к Санди, что практически забыл, насколько противоестественным зрелищем, с точки зрения других людей, является взрослый леопард, таскающийся за мной, как котенок. Как правило, окружающие считали, что я управляю им в гораздо большей степени, чем это было на самом деле, – равно как и то, что он гораздо умнее и восприимчивее, чем в принципе позволяет его кошачий мозг. На этом вполне можно было блефовать.
– Ладно, – сказал я, – так и сделаем. Возьмем вас всех на испытательный срок и посмотрим, что из этого получится. Оставьте ружья там, где они лежат, а если кому-нибудь из вас придется покинуть лагерь и отправиться туда, где можно ожидать неприятностей, с вами пойдут одна или две собаки. Кроме того, я велю присматривать за вами леопарду. Может, конечно, он и не расскажет мне, о чем вы там между собой говорите, но если кто-нибудь из вас сделает хоть малейшее движение, которое можно будет истолковать так, будто вы хотите причинить кому-нибудь из нас вред, он разорвет вас на части так быстро, что вы даже не успеете понять, что с вами произошло.
Я обвел их взглядом.
– Ну? – спросил я. – Устраивает? Готовы присоединиться на таких условиях?
Они смотрели на меня и явно колебались – все, кроме Тека. Тогда они перевели взгляды на Тека.
– Марк... – начала было Мэри, но осеклась.
– Что? – Я взглянул на нее.
– Нет, ничего, – ответила она.
Я снова посмотрел на Тека и его приятелей:
– Ну так как?
– Что касается лично меня, – сказал Тек, – то, по-моему, это нормально – вполне нормально. Я в любом случае намерен быть вам всем только добрым другом, поэтому ваш леопард нисколько меня не беспокоит. Но я говорю только от своего имени. А остальные пусть договариваются с вами сами.
– Хорошо, – сказал я. – Допустим, вы семеро найдете местечко ярдах в десяти от ваших ружей и от нас, посидите там и все обсудите. А мне тем временем надо кое-что сделать.
Тек отвел их в сторонку. Он уселся первым, и остальные последовали его примеру.
Я переключил внимание на девочку, которая как раз поднималась с земли. Все это время она продолжала мрачно держать ружье нацеленным на Мэри, но теперь наконец опустила его.
– Ты в порядке? – спросил я. – Тебя не ранили или что-нибудь в этом роде? Еды тебе хватило?
Она со странным выражением посмотрела на меня. В какой-то момент я готов был поклясться, что она собирается мне ответить.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56