Левое меню

Правое меню

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Я уставился на него.
– Но если тебе известно о таком месте, – буквально взвился я, – то почему ты сам до сих пор ничего не сделал с этими темпоральными.., черт, в общем, все равно, как их называть – линиями?
– Эти устройства являются вспомогательными. Не аппаратурой, которая могла бы мне помочь. Как уже говорил, я являюсь аватарой Порнярска Прима Три. Устройства могли бы помочь самому Порнярску, но он занят другими делами.
– Так передай ему, чтобы бросил все остальные дела и мчался сюда.
– Он не явится, – ответил аватара. – Эта планета – ваша проблема. Проблема, стоящая перед Порнярском, гораздо обширнее. Она охватывает множество планет вроде этой. Поэтому у него есть такие аватары, как я, позволяющие ему действовать с помощью нескольких манипулятивных копий самого себя. Но я всего лишь его аватара. Сам по себе я не могу влиять на действующие здесь силы независимо от того, насколько эффективны доступные мне вспомогательные устройства.
Я потряс головой.
– Ну хорошо, Порнярск – или аватара Порнярска... – начал я.
– "Порнярск" вполне достаточно, – перебил он меня. – Ты никогда не встретишься с самим Порнярском или с его другими аватарами, поэтому опасность ошибки отсутствует.
– Даже не знаю, что и сказать, – продолжал я. – Ты совсем меня запутал. Я почти ничего не понял.
– Само собой, – согласился Порнярск. – Ты необразован.
– Да неужели?
– А разве может быть иначе? У тебя просто не было возможности узнать что-либо о действующих здесь силах и их эффектах. Образовать тебя я не могу, но зато, когда ты будешь сталкиваться со специфическими аспектами ситуации, могу тебе их объяснять. Пытаться же объяснить их тебе до того, как ты с ними столкнешься, бессмысленно, поскольку ты не владеешь ни концепциями, ни терминами, которые описывают эти концепции.
– Но овладею, когда столкнусь с этими явлениями? – спросил я.
– Встретившись с ними, ты сам почувствуешь необходимость в соответствующих терминах, с помощью которых будешь способен в достаточной степени понять основополагающие концепции, с которыми тебе придется работать.
– Да неужели? – повторил я, и в моем вопросе невольно проскользнули саркастические нотки, хотя я этого и не хотел, но такой разговор с Порнярском просто подталкивал меня к ехидству. – Значит, нет никакой гарантии, что я пойму все это?
– Имей же совесть, – произнес Порнярск, надо было слышать это разговорное выражение, исполненное на добротном английском, чтобы поверить, что его произнесла сидящая рядом со мной доброжелательная горгулья. – Сам посуди – как я могу гарантировать, что ты поймешь?
Действительно, как? В этом он был прав.
– Ладно, сдаюсь, – сказал я совершенно серьезно. – Ответь мне только еще на один вопрос. Откуда мне стало известно то, что позволило мне идти в правильном направлении?
– Не знаю, – ответил Порнярск. – В принципе, я ожидал, что рано или поздно ты спросишь меня, существуют ли районы будущего, где имеются средства, позволяющие как-то повлиять на локальные проявления шторма времени, то есть имеющие место здесь, на этой планете. В этом случае я мог бы направить тебя в такой район. Однако ты сам, без моей помощи направился к одному из них. И я не понимаю, как это могло случиться. Думаю, даже сам Порнярск не понял бы этого, хотя со временем, возможно, и смог бы найти ответ. Я же всего лишь аватара. Я не могу.
– Ну хорошо, тогда посоветуй, что мне делать дальше. Голова Порнярска со скрипом отрицательно покрутилась из стороны в сторону.
– Я не могу советовать до тех пор, пока ты не окажешься в ближайшем районе будущего, располагающем вспомогательными устройствами, – сказал он. – К тому же теперь, когда я увидел, сколько ты способен сделать самостоятельно, я вообще буду гораздо более осторожен со своими советами. Возможно, самостоятельно вы сможете узнать гораздо больше и куда быстрее.
– Отлично. Просто отлично. Тогда почему ты не дал Биллу поучаствовать в этом нашем с тобой разговоре, если все равно не собирался мне ничего говорить?
– Билл бы мне не поверил, – ответил Порнярск. – Он мне не доверяет.
– А я доверяю, так?
Горгулья легонько, но доверительно кивнул мне.
– Тебе удалось узнать нечто, чего ты самостоятельно узнать был не должен, – сообщил Порнярск. – Ты коснулся безбрежной вселенной. Конечно, ты тоже мне не доверяешь. Ты слишком примитивен, чтобы доверять аватаре существа другого вида, вроде меня. Но в твоем случае доверие и не обязательно.
– Вот как? – сказал я. – Почему?
– Потому, что ты хочешь мне верить, – сказал Порнярск. – Если сказанное мной – правда, то ты сейчас направляешься к чему-то очень тебе нужному. Конечно, это совсем не то, что доверие, но ведь доверие может прийти и позже. А пока вполне достаточно и твоего желания мне верить.
Глава 16
На этом наш разговор завершился, и мы поехали обратно в лагерь. Уже почти совсем стемнело, и за всю обратную дорогу не было сказано ни слова. Напоследок я задал ему только один вопрос:
– Неужели тебе действительно есть до нас хоть какое-то дело, или по-настоящему тебя интересует лишь шторм времени?
– Порнярску есть дело до всего живого, – ответил он спокойно. – Будь это не так, ему не было бы дела и до шторма времени. А я и есть Порнярск, только в дополнительном теле.
Ответ был малоутешительным. Я вроде бы поверил ему, но у меня создалось впечатление, что он что-то от меня скрывает.
Как бы то ни было, нам ничего не оставалось, как продолжать двигаться вперед. Странно, но я верил ему. Со времени появления Мечты со мной что-то произошло, причем, как это ни странно, но по отношению к нему я начал испытывать ту же привязанность и ответственность, что и в отношении всех остальных. Как будто на одном из окон где-то в уголке дома моей души вдруг подняли штору и туда заглянуло солнце.
На следующий день я отвел Билла в сторону и вкратце пересказал ему разговор с Порнярском. Как и предсказывал Порнярск, Билл крайне скептически отнесся к возможным мотивам и выводам аватары.
– Лично мне его поведение напоминает мошенническую игру, – признался он. – По-моему, это просто часть азартной игры, затеянной с тем, чтобы польстить вашему самолюбию. Скажите, а вы сами в последние три недели чувствовали, что направляетесь в некоем определенном направлении?
Я не спешил с ответом. Мне почему-то казалось, что Билл еще не созрел для того, чтобы я мог поведать ему о Мечте и о том, как она воздействовала на меня. Но, не рассказывая ему о работе моего подсознания с паутиной, невозможно было полностью ответить на его вопрос.
– У меня возникло чувство, будто я занимаюсь чем-то очень важным, – сказал я. – Вот, пожалуй, и все, что я могу сказать.
– Хмм, – протянул Билл скорее про себя, чем обращаясь ко мне. – Интересно, а Порнярск случаем не телепат?
– Ну, по-моему, это предположение так же притянуто за уши, как и то, что я предположительно знал, куда мы направляемся, в то время как не имел об этом ни малейшего понятия.
Билл пожал плечами.
– Если мы все-таки вскоре действительно доберемся до инициирующего района, значит, вы знали, куда мы идем, – сказал он. – Да и телепатия вовсе не такое уж глупое предположение. И когда, по словам Порнярска, мы доберемся до такого района?
Разумеется, во время нашего разговора меня больше всего интересовало, что Порнярск может сказать обо мне лично, и я совершенно забыл спросить его об этом.
– Узнаю, – пообещал я и отправился на поиски аватары. Порнярск вежливо проинформировал меня, что, двигаясь с прежней скоростью, мы достигнем инициирующего района приблизительно через полтора дня. И он точно так же будет скрыт за туманной стеной, как и все те сегменты разных времен, которые мы встречали до сих пор. Что же до того, как именно он будет выглядеть, то лучше мне сначала самому его увидеть, а уж потом выслушать объяснения Порнярска.

***
Он не ошибся. К вечеру следующего дня прямо по курсу мы заметили неподвижную туманную стену и два часа спустя разбили лагерь в паре сотен ярдов от нее.
Местность представляла собой пастбищные луга, чередующиеся с поросшими редкими деревьями и зарослями кустов пологими холмами и болотистыми прудами. Тут и там виднелись фермерские изгороди. Кроме того, к туманной стене тянулась под углом и исчезала в ней гудронная дорога, которая взялась неизвестно откуда миль десять назад и по которой мы приехали сюда. День был прохладный, поэтому сидеть у костра было очень приятно. Неумолимо наступала осень, и я начал обдумывать, что делать зимой: то ли найти надежное укрытие где-нибудь поблизости, то ли двинуться на юг.
Я предпринял еще одну попытку выудить у Порнярска хоть какие-то сведения о том, что меня ждет по другую сторону туманной стены, но ничего от него не добился.
– Мог бы по крайней мере заранее предупредить, что мне угрожает падение с обрыва или в воду, – огрызнулся я.
– Тебя не ожидают ни обрывы, ни озера, ни реки, которых ты не успеешь заметить, – сказал Порнярск. – Что касается местности, то она практически не отличается от той, которая сейчас вокруг нас.
– Так почему же ты нам сразу об этом не сказал?
– Гештальт станет важен для тебя позднее.
Вот и все, что мне удалось из него вытянуть. После обеда я созвал всех на совет. Порнярск тоже явился. Я сказал остальным, что, по мнению Порнярска, именно за этой туманной стеной находится район, отличный от всех встреченных нами прежде. Там мы, возможно, найдем оборудование, которое позволит нам каким-то образом воздействовать на шторм времени и на движущиеся туманные стены. Как всем отлично известно, мы с Биллом давно искали подобную возможность. К тому же, если мы каким-то образом сможем остановить движущиеся туманные стены, нам будет легче найти место, где можно обосноваться. И тогда, возможно, мы сможем начать воссоздавать цивилизацию.
Речь была очень короткой. Когда я закончил, все сначала посмотрели на меня, потом на Порнярска, который за все это время не шевельнулся и не вставил ни слова, а затем снова уставились на меня. Молча. Но при взгляде на них у меня создалось впечатление, что мнений было столько же, сколько и присутствующих.
– Ну что ж, хорошо, – сказал я, выдержав паузу достаточно длительную для того, чтобы все желающие имели возможность высказаться. – Утром мы отправляемся за стену. Поедут Билл, я и еще три человека в одном из джипов, все с ружьями и револьверами. Кто-нибудь хочет отправиться добровольно, или мне придется назначать самому?
– Я пойду, – сказал Тек.
– Нет, – возразил я. – Будет лучше, если ты останешься. Я обвел взглядом круг освещенных пламенем костра лиц, но других добровольцев не находилось.
– Что ж, в таком случае с нами пойдут Ричи, Алан и Уэйти. – Я начал перечисление с лучшего стрелка и пошел по ниспадающей.
Четвертый, Гектор Монсанто, которого все называли Зиг, похоже, не слишком огорчился тому, что его не взяли. Он был старшим из четверых, которые достались нам вместе с Теком, – невысокий жилистый, с жестким лицом человек лет под сорок, выглядевший так, словно большую часть жизни он провел под открытым небом. На самом же деле, по словам Тека, он вырос в небольшом городке и был парикмахером, проводившим большую часть времени в тамошних барах. Он был старшим из четверых и самым медлительным. Остальным троим было от двадцати до двадцати пяти, и при необходимости они могли действовать достаточно быстро.
Итак, на следующее утро мы пошли на приступ. Биллу, чтобы удовлетворить любопытство, потребовалось около часа, на протяжении которого он закидывал в туманную стену веревку с грузиком и просовывал сквозь нее свинченные вместе трубки, чтобы убедиться, ровная ли за стеной местность и не таит ли она каких-либо непредвиденных опасностей. Затем мы подогнали джип, на котором собирались ехать, вплотную к стене и погрузились в него, прихватив оружие. Я уселся за руль, а рядом со мной на втором переднем сиденьи устроился Билл. Алан, Ричи и Уэйти расположились сзади. Машина была нагружена до предела.
И тут Санди, громко урча, как бы благодаря за разрешение ехать с нами, которого ему никто не давал, вскочил к Биллу на колени и приготовился отправляться в путь. Не успел я прогнать его, как на заднее сиденье джипа полезла девчонка с ружьем.
– Стоп! – взревел я. – Ну-ка все вылезайте! Мы выгрузились – все, кроме девчонки и Санди, которые воспользовались освободившимся пространством, чтобы устроиться поудобнее.
– А теперь послушай... – обратился я к девчонке.
– Я с вами, – спокойно сказала она. Санди же громко заурчал и принялся вылизывать шерсть на передней лапе. Двойное проявление неподчинения.
Само собой, прогонять их было делом бесполезным. Я мог высадить их из машины, но они все равно запросто прошли бы сквозь стену на своих двоих следом за нами. Санди уже доказал это, причем бесчисленное множество раз. На самом деле я – да и все остальные – знал, что он отправится с нами. Но вот на появление девчонки я не рассчитывал.
Я огляделся. Наша экспедиция с самого начала проходила совершенно не так. Не знаю почему, но я был убежден, что по другую сторону стены нас подстерегает опасность. Ведь я до этого уверенно проходил сквозь множество других. Возможно, на меня подействовал отказ Порнярска рассказать, чего именно следует ожидать за стеной. Как бы то ни было, я чувствовал, что беру с собой совершенно не тех, кого следовало бы взять, как и в лагере оставляю не тех, кого следовало бы оставить.
Идеальную группу составили бы я, Тек и пара мужчин. При этом потеря любого ее участника практически ровным счетом ничего бы не значила – кроме меня самого, разумеется, но я смотрел на вещи, как истинный эгоист, и не сомневался, что в состоянии справиться с любой проблемой или неожиданной опасностью. О Санди, девчонке. Билле, до определенной степени Мэри и маленькой Уэнди я в той или иной степени беспокоился и предпочел бы оставить их в относительной безопасности.
Рассуждая по справедливости, Билла не взять с собой было просто нельзя. Ведь он хотел понять, что собой представляет шторм времени, в не меньшей степени, чем я. Санди не взять было попросту невозможно, а теперь еще и девчонка заявила, что едет с нами, хочу я того или нет. В то же время Тек, единственный, кто кроме меня мог взять на себя руководство оставшимися, появись после нашего ухода незваные гости, обязательно должен был идти с нами. С тех самых пор как Мэри, Уэнди и я наткнулись на него и его группу, я все время подсознательно ожидал, что мы в любой день можем наткнуться на другую такую же хорошо вооруженную и хищную банду.
– Ладно, – сказал я. – Если все твердо решили идти с нами, придется воспользоваться пикапом. Давайте разгрузим его!
Пикап был нашим основным транспортным средством. В его кузове хранилось все оборудование лагеря, продукты, горючее и прочие припасы. Частично мы разгрузили его накануне вечером, разбивая лагерь, но если его предстояло использовать в качестве боевой колесницы, следовало выгрузить и все остальное. Мы подошли к нему и приступили к работе.
Через двадцать минут мы снова подъехали к туманной стене. На сей раз в пикапе и очень медленно. Девчонка, Билл и я сидели впереди. Стекла были подняты. Я сидел за рулем. В открытом кузове позади нас сидели Алан, Уэйти и Ричи, держащий на поводке сердитого Санди. Незадолго до этого я выволок леопарда из кабины и, когда он снова попытался туда залезть, надел на него поводок. Стоило мне почувствовать первые уколы пыли туманной стены, как по крыше кабины что-то тяжело ударило. Я остановился, опустил окно и, выглянув, увидел Санди, лежащего на крыше кабины. Я снова поднял окно и тронул машину с места.
Туман полностью окружил нас. Пыль шуршала по металлу кузова пикапа под аккомпанемент работающего на низкой передаче мотора. Вокруг нас была неизменная белизна, трудно было сказать, движемся мы или нет. Затем белизна начала становиться прозрачной, поредела, и мы снова выехали на солнечный свет. Я затормозил.
Мы оказались на холмистой равнине среди гор. Разреженный чистый воздух, в котором все предметы выглядели неожиданно резкими, говорил о том, что мы находимся на большей высоте, а редкая растительность – деревья отсутствовали вовсе, и только кое-где виднелись редкие зеленые кусты – свидетельствовала, что это высокогорное пустынное плато, вроде altiplano центральной Мексики.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56