Левое меню

Правое меню

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Я понял, что
это самый главный вопрос. И если я отвечу неправильно, погублю все, по
крайней мере то, что связано с отцом Дрого. Он понимал разницу между
человеком, который просто надел крест, и настоящим христианином. И,
возможно, Арно был слишком оптимистичен, когда говорил, что Дрого
поддержит решение барона. Его враждебность или неодобрение могут настроить
Ролана против нас; может, меня даже убьют здесь.
- Отец, - сказал я, - в моей земле живут несчастные, которые вообще
не верят в бога. Некогда они верили в ложных богов. Но потом поняли, что
эти боги ложные, и отвернулись от них, но истинного бога так и не узнали.
Я немного знаю о нем от добрых монахов, и о его сыне Христе. - Я посмотрел
на крест, висевший у меня на груди, и взял его в руки. - Этот крест дал
мне аббат монастыря святого Стефана в Изере, чтобы обезопасить меня в моем
поиске.
Он по-прежнему смотрел на меня не враждебно, но я видел, что мое
объяснение не удовлетворило его.
- А зачем ты здесь? - спросил он.
- Чтобы спасти сестру.
- Я об этом слышал. Но я не о том спрашиваю. Что привело тебя сюда до
того, как захватили твою сестру?
Я рассказал ему то, что рассказывал Арно: о том, что мы беженцы, о
том, как разъединились с родителями и прилетели сюда в поисках их.
- Но, найдя родителей, которых приютили здесь добрые божьи дети, я
потерял сестру.
Он опять ответил не сразу, только внимательно смотрел на меня. Я
пытался не ежиться. Наконец он спросил:
- А что ты будешь делать, когда освободишь сестру?
Волосы у меня на затылке зашевелились. Осторожнее, сказал я себе. В
этом вопросе не просто любопытство; похоже, он видит меня насквозь.
- Мы поищем землю, менее воинственную и опасную, чем эта. А если не
найдем, может, вернемся в Нормандию или в Прованс.
Теперь он смотрел не на меня, а куда-то вдаль, но не на что-то
конкретное. Через несколько секунд он медленно кивнул. Потом, не говоря ни
слова, повел меня к двери. Я чувствовал, что он все еще не удовлетворен,
но просто не знает, что еще спросить. Когда он протянул руку к двери, она
распахнулась и вбежал маленький мальчик - должно быть, паж на посылках.
Он посмотрел на меня. Не похоже, чтобы он испугался странного
чужеземца, хотя, вероятно, слышал о нем множество россказней. Он показался
мне просто любопытным - любопытным и осторожным.
- Отец, - сказал он, - его светлость хочет, чтобы вы немедленно
привели небесного человека в его апартаменты.
Тут он повернулся и убежал.
Ролан и Арно ждали нас, и Ролан сразу перешел к делу. Он хотел
увидеть папину демонстрацию и действие моего бластера.
Что касается папиной демонстрации, ему придется ждать полудня. Но
бластер я продемонстрировал ему немедленно, и он не остался
разочарованным. В сущности я произвел на него сильнейшее впечатление. Как
только он кончил говорить, я выхватил, как в голодраме, бластер и разнес
кувшин на столе - разбил его на кусочки. Не останавливаясь, я проделал
дыру в двери и поджег большую шкуру, висевшую на стене.
Все это заняло три секунды. И я стоял, как Грязный Дегбар из
"Разбойников с Мелфана". Барон еще три секунды смотрел на меня, потом
подбежал к стене и сорвал шкуру. Он погасил огонь, окунув шкуру в воду,
пролитую из кувшина.
Арно с легкой улыбкой смотрел на меня. Потом попросил меня удалиться,
ему нужно еще раз поговорить с бароном наедине. Я не пошел к отцу Дрого: у
него могли оказаться еще вопросы. Вместо этого я отправился на
тренировочную площадку - не во дворе, а снаружи, за частоколом. Дрого
говорил, что там тренируются взрослые. И тут стал смотреть, как
упражняются рыцари и сержанты - пешие и верхом. Не понимаю, как они
доживают до среднего возраста.
Перед самым полднем папа пролетел на высоте двухсот футов над замком,
включив сирену. Я побежал в ворота. Папа начал поворачивать, рыцари и
сержанты устремились в ворота, стражники закрыли за ними. Все, включая
женщин, детей и слуг, вышли во двор и смотрели на катер. Был тут, конечно,
и отец Дрого. Я сказал Ролану, чтобы все отошли от ворот. Он, удивленный,
отдал приказ. По его выражению я понял, что Арно ничего не сказал ему о
характере предстоящей демонстрации. Тут я отошел от толпы и помахал
руками, чтобы привлечь внимание катера. Катер слегка качнул носом, и я
ударил кулаком о ладонь.
Катер повернул и начал удаляться от замка, и я не знал, что последует
дальше. Вероятно, он опять повернет. Частокол скрыл его от наших глаз.
Через несколько секунд катер опять появился и начал приближаться. В его
борту открылась дверь.
Пока ничего не произошло. Катер, проделав полукруг, возвращался
прежним курсом. На этот раз он летел выше, и в дверях я видел папу.
Значит, управляет им мама. Папа нацелил ружье-бластер, и в следующее
мгновение ворота взорвались. Разбитые створки повисли на петлях.
Для такого бластера недостаточно. По-видимому, у папы на борту была
взрывчатка, и он изготовил бомбу. Вначале, когда он летел медленно и
низко, он ее бросил, а потом взорвал.
Еще одно доказательство, что папа в Федерации был революционером, о
чем нам не рассказывал. Я всегда считал, что революционеры - те, что
взрывают бомбы, - это сердитые свирепые люди, немного чокнутые. Папа
всегда был мягок и рассудителен. Его революция - это революция идей. Но,
по-видимому, когда положение требовало, он мог становиться и таким.
Когда звон в наших ушах стих, катер уже улетел. Слуги, крестясь,
стояли на коленях. Некоторые рыцари тоже крестились, но на колени не
встали. Барон смотрел с плотно сжатым ртом и сморщенным лбом.
Я посмотрел на отца Дрого. Того, казалось, ударило громом.
Мы вернулись в замок. Я решил, что Ролан присоединяется к нам.

ДЕСЯТЬ
Мы вернулись в обеденный зал, и Ролан велел принести еще пива. Но
когда паж хотел налить мне, я сказал, что мне нельзя пить больше одной
кружки в день - таков обычай дворянства в моей стране. На самом деле я
просто не привык к выпивке: дома папа наливал нам с Денин по кружке только
по праздникам. И хотя местное пиво показалось мне слабым, я совсем не
хотел, чтобы у меня затуманило голову.
Ролан нахмурился: по-видимому, решил, что я оскорбляю его
гостеприимство. Арно даже не моргнул, может, понял истинную причину. Отец
Дрого посмотрел на меня, но не знаю, о чем он подумал.
- Ну что ж, - сказал Арно, глядя на Ролана, - ты видел, что может
маленькая лодка, на которой один мужчина, одна женщина и собака. Легко
представить себе, что может военный корабль. Не только королевство,
империя будет нашей.
- Гм...
Очевидно, Ролан хотел поторговаться.
- Ты не согласен? - спросил Арно.
- Как ты сказал, легко себе представить, - ответил Ролан. - Возникает
другой вопрос. Я не видел этот военный корабль, ты тоже. Но если он такой
мощный, как же мы его захватим?
Арно начал раздражаться.
- Я уже объяснил тебе.
Ролан кивнул, стараясь казаться мудрым и рассудительным.
- Верно. Но... шансы на успех очень невелики.
Голос барона звучал... предательски - вот лучшее слово. То, что он
говорил, правда, но то, как он говорил... Он что-то задумал. Может, еще
сам не очень представлял, что. Я чувствовал, что он ищет, как обвести нас.
Барон встал.
- Тем не менее я признаю, что дело привлекательное. Хочу
посоветоваться от этом с моим священником.
Чем больше он говорил, тем сильнее я тревожился. Ролан совсем не тот
человек, каким был сегодня утром. Утром он был грубым, резким, но готовым
к действиям. Сейчас же он какой-то скользкий, фальшивый. Нет, он что-то
задумал.
Они с отцом Дрого вышли, вместе с ними старейший рыцарь. Я посмотрел
на Арно. Он не выглядел довольным. Он лучше меня знал Ролана и казался
обеспокоенным. Барон и священник отсутствовали минут пять. Когда они
вернулись, рыцаря с ними не было. Теперь Арно вообще помрачнел. Отец Дрого
тоже казался расстроенным. Не враждебным, не коварным, просто
расстроенным. Я был почти уверен, что барон приказал ему сделать что-то
плохое, нечто такое, что Дрого не одобряет.
Ролан подошел к столу, но не сел. Он оперся о стол кулаками и строго
посмотрел на меня.
- Решать отцу Дрого, - сказал он. - Он задаст тебе еще вопросы. Если
он решит, что ты не от дьявола, я согласен принять участие в этом деле,
конечно, если мы с Арно договоримся по некоторым пунктам. Если отец Дрого
решит против тебя, ты должен немедленно нас покинуть, и считай, что тебе
повезло, что ты остался жив.
- А пока я поговорю с этим рыцарем, - он показал на Арно, - о
предводительстве и о том, что получит каждый, кто объединиться с тобой.
Я посмотрел на Арно. Он и его шестеро людей - моя страховка, а теперь
я должен уйти из-под их защиты. Если люди Ролана ждут, чтобы захватить
меня в плен, я могу вырваться с помощью бластера, несмотря на их луки и
стрелы. Но это прикончит все дело, и мы не сможем освободить Денин - в
оставшееся время. Поэтому я не могу просто так начать стрелять: нужно
ждать и смотреть, что из этого выйдет.
Арно слегка кивнул. Я проглотил комок в горле, встал и вышел из
комнаты с отцом Дрого. Лишь слегка вздрогнул выходя. Но никто не пытался
схватить меня, и мы пошли в часовню, Дрого шел впереди. Когда мы пришли,
он открыл дверь и знаком пригласил меня пройти. Но взглядом он пытался
что-то сообщить мне и слегка покачал головой, когда заговорил.
- Входи, сэр Ларн, - сказал он. - Нам есть о чем поговорить.
- Конечно, отец Дрого. - С этими словами я резко толкнул дверь и,
пригнувшись, прыгнул внутрь. В то же время я выхватил станнер и в конце
прыжка развернулся. За дверью стоял старейший рыцарь. По другую строну
двери, прижавшись к стене, ждал сержант. В руках у них были прочные
дубины. Я нажал на курок, и дубины выпали. К несчастью, отец Дрого стоял в
дверях, и когда луч станнера переместился от одного воина к другому, он
попал под его действие и тоже упал.
Что ж, подумал я, по крайней мере у него будет объяснение, почему он
не поднял тревогу. И никто не обвинит его в предательстве интересов
барона. Теперь нужно убираться отсюда как можно быстрее и постараться не
вызвать тревоги.
Я схватил отца Дрого, втащил его в часовню и закрыл дверь. Потом
проверил станнер. Я был уверен, что переключил его на среднюю мощность
после Буйного; так оно и было. Конечно, и средняя мощность - это немало,
но отец Дрого из них самый старший и, вероятно, самый слабый, а пульс у
него ровный; я решил, что никто не пострадает. На столе в часовне стояли
блюда и другие хорошо начищенные сверкающие предметы, с него свешивалась
до пола скатерть. Я схватил рыцаря за ноги, втащил под стол и закрыл
скатертью. Он оказался тяжелее, чем я думал, по-видимому, сплошь состоял
из мышц. То же самое я проделал с сержантом. Отца Дрого я не стал тащить
за ноги, взял под руки и поднес к столу. Он сделал для меня, что мог, и я
хотел ответить ему тем же.
Спрятав их, я распрямился и огляделся. Почему-то я почувствовал себя
сильным и уверенным, и мне было хорошо, как никогда в жизни. Ничего не
увидев, я вышел через заднюю дверь часовни. Не стоит уходить через большой
дом, там можно кого-нибудь встретить.
Я не пошел к переднему входу, откуда по склону холма шла лестница.
Вместо этого спустился по травянистому склону и направился к воротам
внутреннего частокола. Оттуда пошел к конюшне, посматривая на небо. Может,
надеялся, что папа еще тут. Но его не было.
В конюшне Ранульф подпиливал копыто лошади (копыта у лошади не
разделены надвое, как у горма, они сплошные). Я попросил оседлать мою
лошадь. Он не задавал вопросов, только кивнул и занялся делом, а я ждал в
запахе лошадей, сена и помета. Запах совсем неплохой. Не то что в катере.
Когда он закончил, я вывел лошадь. Выходя, я оглянулся, опасаясь, что
Ранульф что-нибудь заподозрит. Я готов был уложить и его, но он уже вновь
занимался копытом.
Я сел в седло, проскакал по залитому солнцем двору и выехал из ворот,
кивнув при этом стражнику. Тот ответил. Выехав на мост, я перешел на рысь
и поехал по дороге на запад, туда, откуда пришел.
По пути я обдумывал свое положение. За мной могут погнаться, а могут
и не погнаться. Ролан видел действие бластера, с другой стороны, он
норманн. А из того что я видел и слышал, следовало, что норманн означает
безрассудство. Если они будут на меня охотиться и не сделают какой-нибудь
глупости, они могут меня убить. Он, вероятно, считает, что вся затея
рухнула, и теперь ему нужны мой станнер, бластер и мое мертвое тело.
Я не представлял себе, как поступит в таких обстоятельствах Арно. Он
может даже принять участие в охоте: если уж не получилось с военным
кораблем, то по крайней мере попробует захватить станнер и бластер.
Вопрос номер два - когда они устремятся за мной? Если Ролан ждет
немедленного сообщения от старого рыцаря или Дрого, он очень быстро
почувствует неладное и пошлет кого-нибудь в часовню посмотреть, что там
происходит. Может, уже сейчас отца Дрого и рыцаря ищут. А может, Ролан
считает, что все идет по плану, и еще разговаривает с Арно.
Оглянувшись, я никого не увидел. В полумиле сзади виднелся замок. Я
пустил лошадь галопом. Следующая проблема - куда направиться. Я знал, где
папа с катером, и с воздуха легко нашел бы это место, но был уверен, что с
земли не найду. Это маленькая мокрая поляна всего в восемьдесят футов в
поперечнике в густом лесу. Я мог бы даже добраться до этого района, но
найти поляну? Да можно пройти в ста футах от нее, не подозревая, что она
рядом. А на настоящие поиски у меня нет времени.
К тому же хуже всего, если Ролан будет искать меня в лесу.
Преследователи смогут скрываться среди деревьев, они окружат меня, и все
будет кончено.
А возле места нашей утренней встречи оставаться нельзя. Оно слишком
близко к замку. Меня будут искать с собаками и найдут еще до полудня.
Еще одна проблема в том, что все норманны отличные всадники. А я нет.
Вне дороги, особенно в лесу, я не могу двигаться так быстро, как они.
Конечно, лошадь у меня сильная, и, как всеми норманнскими лошадьми, ею
легко управлять. Легкое движение узды, нажатие на бок - все, что нужно.
Арно научил меня этому. Все дело в том, чтобы не упасть на полном скаку в
лесу или на неровной местности.
На дороге у меня хоть одно преимущество: хоть я выше большинства
норманнов, но вешу меньше почти любого из них, к тому же у меня нет
кольчуги и тяжелого оружия.
Тем временем я двигался на запад. Там находится Орна. Не буду
отыскивать катер и родителей. Пусть они сами найдут меня с помощью Баббы.
Теперь главное, чтобы преследователи потеряли меня, и река поможет мне в
этом. Потом я постараюсь спрятаться.
Еще через полмили поля кончились, и дорога пошла лесом. Пока я не
видел ни следа преследования и начинал чувствовать себя все увереннее.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21