Левое меню

Правое меню

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Соответственно дедуля мечтал, что его внук станет чемпионом Рэнда по боксу. Не получилось, увы. Я стала лишь чемпионкой… Поэтому когда я родилась, дедушка, подходя к гравиколыбели и убеждаясь, что пол я за последние сутки не сменила, удрученно качал головой и разочарованно бормотал: не то, не то… Естественно, начав говорить, я с полной уверенностью назвала себя Нэтта. Позднее обнаружилось, собственно, что я леди Антуанетта д'Эсте, прямой потомок земных дворян. Грамота есть, кстати. Висит на стенке в рамочке. Так что ректор, назвав меня «леди», не шибко-то и иронизировал. Леди и есть. Даже на новогодний бал в президентский дворец нас с дедушкой приглашают.
Но, слава Богу, воспитывать меня в духе «вилка в левой руке, нож в правой» никто не собирался. Наоборот. Дедуля, не получивший столь желанного внука и, к сожалению, быстро утративший надежду на его появление (когда мне исполнился год, родители пропали без вести в космосе), принялся растить меня так, как считал наиболее правильным. В результате список моих талантов весьма обширен и радует большим количеством подходящих для молодой девушки занятий. К примеру, я прекрасно боксирую, отлично ловлю рыбу (катранов тех же), виртуозно управляю флаером (кстати, на окончание учебы мне обещан новехонький красный «торнадо»), более-менее прилично знаю восемь языков, не считая нецензурного во всем его великолепии, могу принять проблемные роды у собаки и вот-вот закончу Таможенную академию, где стандартное соотношение полов при поступлении один к десяти в пользу угадайте какого… Ах да, забыла, ко всеобщему изумлению, я еще и очень хорошо готовлю. Дедушкин недосмотр и врожденный талант… Уй…
Локоть Урса вонзился мне под ребро.
– Солнышко ясное, проснись, – прошипел он, – к нам обращаются.
Оказывается, ректор уже закончил вступительную речь и вовсю раздавал задания.
– Итак, следующие две пары – Нэтта и Урс, Леон и Марк. Нэтта и Урс – контрабандисты. Сейчас я дам Урсу собственно контрабанду. – Ректор продемонстрировал нам аттестат с отметкой об успешном окончании первого этапа тестирования. Пустой, разумеется…– Начинающий, но способный контрабандист Урс должен встретиться со своей очаровательной сообщницей в условленном месте и произвести передачу товара, после чего Нэтте предстоит в кратчайшие сроки доставить его в академию. Что при этом делают Леон с Марком, можете спросить Вы? – «Мы» промолчали. – Наши бравые офицеры должны проследить за правонарушителями до места встречи, изъять там товар и – опять-таки в кратчайшие сроки – доставить его мне. Какая из пар принесет этот манускрипт, – ректор театрально помахал аттестатом, – те имена я туда и впишу. Вопросы?
– Да, сэр, – немедленно проявился Леон.—Допустимый уровень агрессии?
– Никакого. Завтра все должны быть целехоньки и готовы к новым свершениям. К вам, девушка, это тоже относится. Я бы хотел увидеть своих выпускников без… э-э… украшающих мужчину шрамов.
– Но, сэр, я…
– Не нужно, это я уже слышал. А результаты видел. Еще вопросы?
Больше вопросов не .было, и ректор перешел к следующей паре, а мы с Урсом начали бурное обсуждение «тайного места встречи».
Примерно через полчаса раздача слонов подошла к логическому концу, и каждой паре достался свой слоненок различной степени умильности. Озадаченные, в смысле озаданенные, студенты рвались в бой, но оказалось, что их ждет продолжение банкета.
– Как вы понимаете, – величественно изрек ректор, – ваша работа – это отнюдь не пальба из бластеров и тотальная слежка, она требует умения мыслить, быстро и изобретательно. Не зря ваше обучение начинается в десять лет, когда мозг еще не закоснел и человека можно научить тому, что обязательно понадобится в вашей работе, – думать. У меня в руках, – он взял со стола очередную стопку бумаг, – своеобразная проверка на нетрадиционность мышления. Здесь список оборудования, обнаруженного на гипотетической космической яхте, с комментариями хозяев, зачем им сдалась та или иная вещь. Тот из вас, кто утром представит мне исчерпывающий анализ содержимого яхты и рекомендации относительно того, следует ли что-нибудь изъять и под каким предлогом, получит еще один зачет. Естественно, если я сочту, что вы правы. – Ректор пустил копии списка по рукам и закончил: – Но предупреждаю, не кидайтесь на очевидное. Подумайте…
Тут его речь была прервана достаточно незамысловатым и весьма эффективным способом – грохотом. Причем произвела его ваша покорная слуга, чья привычка в задумчивости раскачиваться на стуле сослужила ей плохую службу. А все потому, что я увидела первый пункт списка, розданного ректором: «Мини-лаборатория по клонированию мышей» и комментарий: «Для воспроизводства поголовья грызунов, используемых в качестве пищи для двух питонов». Гм… Милая такая задачка «на проверку нетрадиционности мышления».
– Если глубокоуважаемая Нэтта вернула себя и свой стул в исходное положение, то двинемся дальше. Есть вопросы?
– Есть! – пискнула я и, собравшись, уже нормальным голосом продолжила: – Эта гипотетическая яхта прибыла на досмотр к одной из орбитальных станций или непосредственно на Главный терминал Рэнда?
– Хороший вопрос. – Ректор немного помолчал. – Будем считать, что на Рэнд.
Хороший ответ, подумалось мне. Дело в том, что из следующего транзитом транспорта для досмотра на саму планету приглашались только корабли самых высокопоставленных лиц или везущие специфические грузы (оружие, к примеру). Обычных же смертных – рейсовые пассажирские лайнеры и иже с ними – быстро и без затей проверяют прямо в космосе, на одной из пяти орбитальных станций Рэнда. И моей давней мечтой было, окончив академию, попасть работать именно на Главный терминал…
– Еще вопросы?
Народ безмолвствовал, и ректор поставил точку в утреннем собрании.
– Ну что ж, господа контрабандисты и их противники, – за дело.
Народ, оживленно переговариваясь, нестройными рядами направился к дверям.
– Леди Нэтта, – окликнул меня ректор.
– Да? – предчувствуя недоброе, обернулась я.
– Должен заметить, что цвет ваших брюк дисгармонирует с цветом ваших волос. Смените либо одно, либо другое.
Тишина. Дрожащие от хохота стекла. Занавес.
Согласно правилам игры, наши «ловцы контрабандистов» получали десять минут форы, в течение которых они должны были рассредоточиться на местности и приготовиться к дальнейшей слежке. Мы с Урсом это время потратили на шлифовку деталей, а если конкретно – я в сотый раз объяснила ему, где именно мы должны встретиться. Надо сказать, что предложенное мною место встречи традиционностью точно не отличалось. Хотя первой моей мыслью был банальный грузовой космопорт, но кто же позволит там деткам резвиться… Так же безжалостно по разным причинам были забракованы Музей космоса, парк аттракционов и мастерская по ремонту флаеров. Как говаривал известный в прошлом на Земле детектив: «Отсеките все невозможное, и то, что останется, как раз и будет тем, что произошло…» Ну, в данном случае, что должно произойти. А осталось, извольте: подарок Республике Рэнд от Небесного Владыки Империи Цин – японский сад камней. Почти как настоящий, только с масштабом промашка вышла – один к двумстам приблизительно. В нашу пользу, как водится. Находилось это чудо на окраине столицы, и главным его достоинством в сложившейся ситуации было наличие аж целых восьми входов, или, если угодно, выходов. На каждую сторону света по штуке и посередке столько же. Для наших целей подобные архитектурные излишества подходили идеально.
Отпущенное оппонентам время истекло, и я благословила Урса на подвиги путем легкого дружеского чмока в лоб и не столь легкого, но тем не менее игривого подергивания за наиболее торчащие из взлохмаченной шевелюры пряди. Проделав сии несложные операции,, я развернулась и отправилась в сторону, противоположную выходу. Всего лишь к мужскому туалету. Рассуждала я просто – на месте Леона с Марком следить за мной до передачи товара бессмысленно, потому как никуда я не денусь, а так только лишние хлопоты без видимых дивидендов. Ну что, скажите на милость, будет делать бедолага Марк, если прямо на его глазах объект продефилирует в женский туалет какого-нибудь универмага? Ждать, гадая, выйдет Нэтта или уже давно испарилась путем вылезания в форточку? Нет, на месте сокурсников все силы я бросила бы на Урса, а с собой разбиралась как обычно с проблемами – по мере поступления. И все же береженого Бог бережет, поэтому идея гордо покинуть академию через парадный вход виделась мне не слишком удачной. Вот окно мужского туалета – это да, это надежный выход из любого здания. Он и был использован.
Оказавшись на улице и промурлыкав под нос: «Свобода попугаям!», я направилась к своему флае-ру, предусмотрительно припаркованному на самой границе Латинского квартала. По дороге я составляла план действий на ближайшее время. Прибывать на место раньше Урса явно неразумно, а значит, пока он пытается стряхнуть хвост (честно говоря, я абсолютно не верила, что у него пройдет этот номер), у меня есть некий стратегический запас времени. И чего-чего, а дел хватало. Самое первое и необходимое (ох уж мне эта привычка слушаться старших) – привести цвет волос и брюк к некоторой гармонии. Это не означало, конечно, что я собиралась вырядиться в рыжее, но и черное тоже вполне ничего. Сказано, точнее подумано, сделано: в ближайшем магазине я приобрела вышеупомянутые брючки в стиле unisex. Справедливости ради надо заметить, что я спешила и остановилась уже на четвертом предложенном варианте. Дальше мой путь лежал в студию арт-дизайна флаеров. Не могла же я, в самом деле, провалить операцию, рассекая на машине, украшенной изображением черной кошки под фонарем кабины и поэтому известной примерно половине Рэнда? Помимо этого в моей голове вихрем проносились разные идеи насчет собственной маскировки и создания оппонентам разнообразных трудностей, одна другой полезнее. Забегу вперед – некоторые из них и впрямь пригодились.
Так, преисполненная гениальных идей, я и подлетела к гигантскому скоплению булыжников. Дело оставалось за малым: облететь все восемь входов с целью узреть флаеры противника – у них-то не было времени их перекрасить. Флаер Марка, в очередной раз вызвавший у меня завистливый вздох, я обнаружила легко, а вот машины Леона нигде не было. Причин тому я даже навскидку могла придумать множество. Самой привлекательной, естественно, выглядела наименее реальная, а именно – рт половины преследователей мой напарничек все же свалил. Наиболее же здравая мысль состояла,в том, что не далее как позавчера великий гонщик Леон помял свой флаер, и неизвестно, успели ли с тех пор вернуть необходимые летные качества его таратайке. Чертыхнувшись, я еще раз облетела сад, пытаясь найти машину, на которой мог бы прибыть Леон, но ничего подозрительного воздушная разведка в моем лице не обнаружила. Посовещавшись с умным человеком, то есть с собой, я пришла к выводу, что ничего с этим поделать не могу и придется ориентироваться на местности по мере поступления новой информации. Однако прежде, чем появиться на той самой местности, неплохо было бы подготовить плацдарм для отступления. Чем я и занялась, вылив в щель между фонарем и корпусом флаера потенциальных преследователей флакончик бесцветного лака для ногтей – эти герметичные двери чертовски скверно открываются, когда им что-нибудь мешает. Растворитель же, в порядке милой шутки, я прилепила скотчем к хвосту. В довольно укромном месте, разумеется. Закончив с небольшой диверсией, я вновь погрузила себя любимую во флаер и отправилась к юго-западному входу. На счастье, так сказать…
И вот свершилось. Великая контрабандистка Нэтта прибыла к месту очередного злодеяния. Место, нельзя не отметить, выглядело впечатляюще. Представьте себе газон. Самый такой заобыкновен-ный газончик в лучших традициях Великобритании XIX века, только площадью с небольшие охотничьи угодья. Далее пустите по этому травяному ковру несколько затейливо извивающихся ручейков с безупречно прозрачной водой. Конечно, наличие ручейков в саду камней являлось по меньшей мере нонсенсом, но архитектор справедливо рассудил: жителям искусственной планеты, где отродясь не было рек, будет приятнее смотреть на струящуюся меж камней воду, чем утешаться мыслью, что сад возведен в точном соответствии с классическими японскими канонами. Но все это: травка зеленеет, ручьи лениво журчат – так сказать, фон. Теперь самое главное – по газону проложены дорожки из камней всех форм и расцветок, а между ними в художественном беспорядке понатыканы крупные булыжники соответственно тоже всех форм и расцветок. Причем так, что у каждого входа камни были одного цвета, а в центре сада они образовывали поражающую взор и разум феерию. Если бы не видела своими глазами, никогда бы не поверила, что такое можно сотворить из простых булыжников, и, как писали наши газеты, японский архитектор за эту работу получил какую-то очень престижную премию в области искусства…
На этом месте в мои размышления о прекрасном грубо вторглась суровая реальность – я споткнулась. О местный камушек, естественно. Надо заметить, что в юго-западной части камни были… гм… рыжими—их вроде из какого-то известного земного каньона привезли. По крайней мере, для прически маскировка получилась отличная. Гармония в полном объеме… Эх, ректора бы сюда. Но шутки шутками, а хорош контрабандист, который, следуя на ответственное рандеву, витает в облаках настолько, что камней под ногами не замечает. Интересно, а дуло бластера перед носом я бы заметила? Пока, к счастью, возможности проверить это не представлялось. Поднявшись, встряхнувшись и настроившись обращать внимание на временные трудности, буде они появятся в непосредственной близости от моей драгоценной особы, я направилась к точке, где, по замыслу, меня должны ждать Урс и вожделенный Диплом, временно возведенный в ранг контрабанды. Направилась, разумеется, кружным путем – не изображать же из себя маленький тупой танк, пусть и учебный.
Встреча у нас была назначена в восточном секторе, цвет тамошних камней я бы охарактеризовала, как буднично-пепельный (ни в коем случае не серый, заметьте). Довольно быстро и, для разнообразия, без сколь-либо существенных эксцессов я добралась до точки назначения, осторожно вскарабкалась на валун, за которым располагалось логово злостных контрабандистов, и аккуратно высунула любопытный глаз (левый кстати). Но, углядев диспозицию, тут же предоставила и правому оку возможность с недоумением обозреть открывшуюся картину. Картину не то чтобы неожиданную, а скорее даже закономерную. Как-никак Марк – лучший в группе по технике рукопашного боя, Урс же в последнее время с трудом удерживал шестое место (о своем положении в данной табели о рангах я скромно умолчу). Так вот, ожидаемая закономерность состояла в том, что Урс мирно сидел, прислонясь к камушку, а Марк в расслабленной позе стоял рядом. Причина подобной идиллии тоже была проста – руки и ноги моего непутевого напарника обвивали довольно прочные на вид веревки. Но знаете, что они делали? Они беседовали! Эти два шалопая дружески трепались! От возмущения я чуть было не повторила номер с падением, так замечательно удавшийся мне сегодня утром.
– Какие у тебя планы на вечер? – ничуть не огорчаясь своему провалу, вопрошал мой безалаберный товарищ.
Ну, попадись мне, Иуда…
– Если все будет хорошо и твоя чертовка не устроит очередной раунд игры без правил, под который очередной раз не удастся подкопаться, то пойду праздновать первую победу в «Альфу».
– Не моя она, не моя, – испуганно попытался перекреститься Урс (со связанными руками это выглядело весьма забавно).—Чур меня, чур.
– О! Это нечто новое. Вроде два года назад кто-то из здесь присутствующих собирался сделать ей предложение. Или у этого кого-то склероз?
«Урс? Мне? Предложение?! Дедушка!!!» – мысленно возопила я. Мой любимый напарник, моя лучшая подружка, медвежонок, которого я знаю с детства, – и предложение? Зная, между прочим, о моем отношении к браку…
– Молодой был, глупый,—проворчал Урс. «Вот. Умный, хороший мальчик».
– Не годится Нэтта для семейной жизни. Ну кому нужна жена, которая и флаер водит лучше, и рыбу ловит лучше, а уж про бокс я вообще молчу.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31