Левое меню

Правое меню

  шикарный ассортимент     паркетная доска
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Парецки Сара

Ви.Ай. Варшавски - 04. Горькое лекарство


 

На этой странице сайта выложена бесплатная книга Ви.Ай. Варшавски - 04. Горькое лекарство автора, которого зовут Парецки Сара. На сайте alted.ru вы можете или скачать бесплатно книгу Ви.Ай. Варшавски - 04. Горькое лекарство в форматах RTF, TXT, FB2 и EPUB, или же читать онлайн электронную книгу Парецки Сара - Ви.Ай. Варшавски - 04. Горькое лекарство, причем без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Ви.Ай. Варшавски - 04. Горькое лекарство равен 200.32 KB

Парецки Сара - Ви.Ай. Варшавски - 04. Горькое лекарство - скачать бесплатную электронную книгу



Ви.Ай. Варшавски #4

Сара Парецки
Горькое лекарство
Рассудочна любовь людей обыкновенных.
В подлунном мире требует она
Для сохраненья чувств и мыслей сокровенных,
Чтобы всегда была ты не одна.
(Отсутствие предмета поклоненья
Лишает нас любовного томленья.)
А вот для нас любовь столь утонченна,
Что оба мы не чувствуем ее.
Без взглядов, без объятий опьяненных,
Без поцелуев мы берем свое.
Ведь души наши в ней убеждены
И даже в смертный час едины и послушны.
И не страшны страдальческие сны —
Они нам золото куют до тонкости воздушной.
    Джон Донн
    «Прощальные слова: запрещение скорби»[1 - Перевод В. Дробышева]

Кэтлин

Глава 1
По ту сторону аэропорта О'Хара
Жара и тошнотворное однообразие дороги подействовали так одуряюще, что все пассажиры молчали. Июльское солнце мерцающе обволакивало «Макдональдс», «Видео-Кинг», «Компь-ютерленд», автосалоны, «Бургер-Кинг», «Эрбис», «Колонель» и снова «Макдональдс». У меня болела голова от жарищи, бесконечного потока автомобилей, однообразия всего, всея. И лишь Господь один ведал, как чувствовала себя Консуэло. Когда мы покидали госпиталь, она была невыносимо перевозбуждена и без умолку болтала о работе для Фабиано, деньгах и детской колясочке.
– Ну, уж теперь-то маменька позволит нам встречаться, – радовалась Консуэло, нежно сплетая свои руки с лапами Фабиано.
Наблюдая за ними в зеркало заднего вида, я что-то не заметила на роже Фабиано взаимную радость. Кислый был у него видок... Подонок. Так называла этого парня миссис Альварадо, взбешенная тем, что Консуэло – гордость семьи – умудрилась влюбиться в такого И ведь надо же угораздить: понесла от него! А? Да еще настояла на том, чтобы аборт не делать... Консуэло, бывшая под вечным надзором (несмотря на то, что никто и никогда не стал бы похищать ее, а потом каждый день возить из школы домой), уж сейчас-то находилась буквально под домашним арестом.
Стоило ей заявить, что она ждет ребенка, мама Альварадо потребовала, чтобы свадьба, причем непременно «белая», состоялась в церкви Гроба Господня. Но даже когда амбиция была удовлетворена, мать не выпускала дочь из дому. А Фабиано, тот проживал у своей мамаши.
Все это было бы нелепо, если бы не грозило обернуться трагедией для Консуэло. И надо отдать справедливость маме Альварадо, она хотела этой трагедии избежать. Ей ничуть не улыбалось, чтобы Консуэло превратилась в рабу младенца и мужа, который даже не старался подыскать хоть какую-нибудь работенку.
Консуэло только что окончила школу (на год раньше, благодаря блестящим способностям), но каких-либо практических навыков и особых умений у нее не было. В любом случае миссис Альварадо требовала, чтобы дочка поступила в колледж. Лучшая ученица, староста, настоящая королева класса, победительница уймы конкурсов... Не бросать же все это, чтобы превратиться в замученную тяжким трудом прислугу! Альварадо-старшая вдосталь нахлебалась такой жизни. Воспитала шестерых детей, работая старшей официанткой в кафетерии солидного банка в центре города. Она уже все решила: дочь должна стать врачом, юристом или менеджером – это принесет семье Альварадо славу и деньги. Она не позволит этому злодею и хулигану загубить блистательное будущее дочки. Уж мама об этом позаботится...
Все это я выслушивала не один раз. Кэрол Альварадо, старшая сестра Консуэло, служила медсестрой у Лотти Хершель. Кэрол умоляла сестру сделать аборт: общее состояние здоровья Консуэло было не ахти какое. В четырнадцать лет она перенесла операцию на мочевом пузыре, а плюс к сему у нее был и диабет. И Кэрол и Лотти пытались внушить: эти обстоятельства могут привести к осложнениям при беременности, но Консуэло уперлась – хочу ребенка и все тут. В шестнадцать лет, да с диабетом, ну, тут уж ни одной беременной бабе не позавидуешь... А в августе, если у вас в доме нет кондиционера, особенно. Но Консуэло, худющая и больная, была счастлива. Наконец-то она избавится от гнета семьи и освободится от бремени надежд и славы, взваленного на нее родней.
Все, впрочем, знали, что лишь гнев братьев Консуэло толкал Фабиано на поиски работы. Его мать, казалось, была готова вечно содержать сынка. А он, видно, рассчитывал, если и дальше оставить все как есть, глядишь, выскользнешь и из жизни Консуэло. Однако Пол, Херман и Диего все это лето дышали ему в затылок. Однажды они его поколотили, рассказывала Кэрол, немного встревоженная, – Фабиано вроде бы водился с уличными бандитами. Но именно это подвигло его на какие-либо маневры по части трудоустройства.
А тут еще появилась реальная возможность; на фабрике, что вблизи Шомбурга, нанимали неквалифицированных рабочих. У Кэрол же был приятель, чей дядя подвизался там менеджером; без особого энтузиазма, но он согласился помочь. Конечно, в том случае, если Фабиано соизволит пожаловать для предварительной беседы...
Этим утром Кэрол подняла меня с постели в восемь утра. Она заявила, что хотя ей и претит беспокоить мою особу, но сегодня все будет зависеть от интервью, которое соблаговолит дать фабрикантам этот самый Фабиано. Увы, у него, видишь ли, «тачка» поломалась.
– Этот ублюдок, – сказала Кэрол, – наверняка сам ее изуродовал, только бы не ехать на фабрику... Лотти из клиники никак не вырваться. Мама Альварадо не водит машину. Все братья йа службе. Я знаю, Ви.Ай., какая это для тебя морока, но ты почти член нашей семьи, а мне не хотелось бы впутывать посторонних в дела Консуэло.
Я скрипнула зубами. Фабиано был из тех вялых и одновременно наглых панков, чьи «интересы» мне, как казенному адвокату, довелось защищать в суде чуть ли не всю мою сознательную жизнь. Я надеялась оставить их за бортом еще восемь лет назад, когда стала частным детективом. Однако члены семейства Альварадо обладали способностью бескорыстно жертвовать собой: на прошлое Рождество Кэрол весь день просидела возле меня, выхаживая после незапланированного купания в озере Мичиган. А Пол Альварадо буквально не отходил от Джил Тайер, когда ее жизнь была в опасности. Я могла бы припомнить множество других оказий, серьезных и не очень. Словом, выбора не было. Я согласилась забрать их из клиники Лотти в полдень.
Клиника была недалеко от озера, так что бриз слегка умерял ужасающую жару этого лета. Однако, когда мы выехали на скоростную магистраль и устремились к северо-западным окраинам, тяжелый душный воздух придавил нас. В моем автомобильчике нет кондиционера, и горячий вихрь врывался в окна, подавляя даже энтузиазм Консуэло.
Я видела в зеркальце, как она побелела и увяла. Фабиано отодвинулся от нее, кисло пробормотав, что такая женщина – помеха для тесного соседства. Мы подъехали к перекрестку с шоссе номер 58.
– Тут скоро должен быть поворот, – сказала я не оборачиваясь. – Куда нам?
– Налево, – буркнул Фабиано.
– Нет, – возразила Консуэло, – направо. Кэрол говорила – северная часть автострады.
– Наверное, именно тебе и надо бы потолковать с менеджером; – зло сказал Фабиано по-испански. – Ты устроила встречу, ты дорогу знаешь. Ну? Доверишь переговоры мне или хочешь сама?
– Прости, Фабиано! Пожалуйста! Ведь я же ради ребенка все делаю. И уверена, что ты сам прекрасно все устроишь.
Этот гад отшвырнул ее беспомощную, протянутую в умоляющем жесте руку... Мы выкатили на шоссе Осэйдж. Я повернула на север, проехала милю или две. Консуэло оказалась права: «Кэнэри и Бидвелл, производители красителей» гнездилась поблизости от дороги в модерновом промышленном квартале. Длинное белое здание было вкраплено в ландшафтик с искусственным прудом, где плескались утки.
Завидев их, Консуэло оживилась:
– Какая прелесть! Как славно тебе будет трудиться, имея под боком и деревья и этих милых уточек.
– Как же, славно, – саркастично согласился Фабиано. – Отмотав полста километров по жаре, я конечно же поддамся очарованию.
Я припарковала машину в закутке, отведенном для гостей.
– Мы с Консуэло полюбуемся прудом, пока ты будешь вести переговоры. Удачи тебе.
Я постаралась вложить в это пожелание предельный энтузиазм. Если Фабиано не поступит на работу до рождения ребенка, то, возможно, Консуэло бросит его, получит развод или аннулирует брак. Ну а госпожа Альварадо вопреки самой неистовой морали будет ухаживать за ребеночком. Возможно, его рождение освободит Консуэло от ее страхов и она наконец устроит свою жизнь.
Она робко попрощалась с Фабиано и даже вознамерилась чмокнуть его в щечку, но не встретила никакого взаимопонимания. Притихшая, она проследовала за мной по тропинке к пруду; седьмой месяц беременности делал ее медлительной и неуклюжей... Мы уселись в скупой тени деревцов и молча любовались птицами. Привыкшие к подачкам визитеров, те подплыли с требовательным карканьем.
– Если будет девочка, вы с Лотти должны стать крестными мамами, Ви. Ай.
– Ты хочешь назвать ее Шарлотта Виктория?! Тяжкая ноша для дитяти. Посоветуйся-ка с мамой, Консуэло. Может быть, это помирит вас.
– Помирит? Мама считает меня развратной негодницей. И Кэрол так думает. Только Пол мне малость сочувствует... А ты, Ви. Ай., тоже считаешь меня развратной?
– Да нет, дорогая, ты просто испугалась. Они хотели, чтобы ты отправилась в «Страну гринго» одна и завоевала им всем премии и призы. Но это не под силу одиночке.
Она взяла меня за руку, совсем как малый ребенок.
– Значит, ты согласишься стать крестной?
Не понравилось мне, как она выглядит: слишком бледная, с, красными пятнами на щеках.
– Видишь ли, я не христианка. И твой священник-католик выскажет мне недовольство на этот счет... Слушай, может, посидишь здесь одна, а я сбегаю в бистро и принесу чего-нибудь холодненького попить.
– Я... Не бросай меня, Ви. Ай. Странно себя чувствую, ноги отяжелели ужас как. Мне кажется... начинаются роды.
– Но этого быть не может. Ты же только в конце седьмого месяца!
Я пощупала низ ее живота, не зная точно, какие признаки нужно искать. Однако юбка у нее была вся мокрющая; я еще разочек попробовала, вроде бы действительно схватки. Не помня себя, оглянулась по сторонам: ни души! Это естественно, когда находишься в районе аэропорта О'Хара. Улиц нет, прохожих тоже, безлюдье полнейшее, лишь нескончаемые километры киосков и забегаловок.
Преодолев панику, я спокойно сказала:
– Сейчас оставлю тебя одну на несколько минут, Консуэло. Пойду на фабрику, узнаю, где ближайшая клиника, и тотчас же вернусь... Постарайся дышать размеренно: глубокий вдох, задержи его, сосчитав до шести, медленно выдохни.
Она вцепилась в мою руку, мы немножко попрактиковались. Карие глаза казались огромными на искаженном гримасой бледном лице, но Консуэло заставила себя улыбнуться.
Войдя в здание, я несколько ошалела. В воздухе пахло чем-то едким, над головой шумело, но ни конторки, ни вахтера не было. Таким мне виделся вход в ад. Я пошла на звуки по коридорчику. Справа оказалась огромная комната, набитая бочками и суетившимися людьми. Слева виднелась стальная решетчатая дверь, над ней надпись «Приемная». За дверью восседала дама средних лет в очках с крашеными волосами. Не жирная, нет, просто рыхлая – результат бедняцкого питания, без утренней зарядки. Дама трудилась над горами входящих и исходящих бумаг, это был прямо-таки сизифов труд.
Когда я обратилась к ней, она бросила на меня мимолетный обеспокоенный взгляд. Я обрисовала ситуацию как только могла выразительно.
– Мне надо срочно позвонить в Чикаго, поговорить с врачом и выяснить, куда ехать.
Стекла очков дамы сверкали, и я не могла увидеть выражения ее глаз.
– Беременная девица?! Там, у пруда? Убеждена, вы ошиблись.
Она говорила в нос, с акцентом, свойственным жителям южных окраин Чикаго, – туда ныне приблизилась более или менее фешенебельная Маркет-парк.
Я глубоко вздохнула и вновь постаралась объяснить:
– Ее муж сейчас здесь, ведет переговоры с мистером Муньозом. По поводу работы. А она приехала вместе с нами. Ей шестнадцать. Она беременна, и у нее начались схватки. Мне нужно созвониться с ее доктором и найти подходящую клинику.
С минуту рыхлое тело дамы как бы колыхалось.
– Не могу взять в толк, о чем вы, моя дорогая. Но если вам нужен телефонный аппарат, тогда войдите.
Она надавила на кнопочку, раскрывающую стальные врата помещения, показала, где телефон, и вновь увязла в горах документов.
Кэрол Альварадо откликнулась с удивительным спокойствием, возникающим у некоторых людей в кризисных ситуациях. Лотти сейчас в хирургии госпиталя «Бет Изрейэль». А сама Кэрол позвонит в тамошнюю акушерскую и выяснит, куда надлежит везти ее сестру Консуэло. Да, Кэрол знает, где я, несколько раз была там у Хектора. Я продолжала держать трубку.
Она взмокла в руках, подмышки вспотели, ноги дрожали. Я боролась с желанием закричать от нетерпения. Моя рыхлая «компаньонша» украдкой поглядывала на меня сквозь горы бумаг. Чтобы успокоиться, я несколько раз глубоко вздохнула. Когда Кэрол наконец-то вновь возникла на линии, я уже дышала довольно сносно и могла сосредоточиться на ее словах.
– Там где-то неподалеку от вас находится госпиталь «Дружба-5». Доктор Хэтчер из «Бет Изрейэль» сказал, что в этом госпитале наверняка есть отделение третьего уровня для недоношенных. Срочно везите ее туда, мы же отправим к ней доктора Малькольма Треджьера – помочь. А я постараюсь связаться с мамой и побыстрее разделаться с клиникой.
Малькольм Треджьер был партнером Лотти. С год назад Лотти без особой охоты согласилась на почасовую работу в родовспомогательном отделении «Бет Изрейэль», что, впрочем, сделало ее своего рода знаменитостью. Однако, коли уж вы беретесь быть повивальной бабкой, вам нужна поддержка. После открытия своей клиники Лотти пригласила коллегу-партнера. Малькольм Треджьер, дипломированный акушер, разделял ее взгляды на медицину и восхищался ее умением быстро найти ключ к сердцу пациентов.
Повесив трубку, я испытала чувство огромного облегчения и обратила вопрошающий взор к моей «компаньонше» с дряблым подбородком. В свою очередь, та смотрела на меня с нескрываемым возбуждением и любопытством. Да, ей известно, где это – «Дружба-5». «Кэнэри и Бидвелл» направляли именно туда своих случайно, знаете ли, пострадавших работников. Всего пару миль отсюда по шоссе, не ошибетесь, сразу увидите...
– А не могли бы вы позвонить туда сейчас же и предупредить о нашем приезде? Скажите им, что это диабет, молоденькая девушка...
Теперь, когда кризис миновал, дама была не только готова, но даже рада помочь...
Как спринтер, я ринулась к Консуэло. Та лежала под молодым деревцем, прерывисто дыша. Стоя перед ней на коленях, я потрогала ее лицо. Кожа холодная, набрякшая потом. Не открывая глаз, она пробормотала что-то по-испански. Убейте, я не могла понять что, поняла только несколько слов, обращенных к маменьке. Видимо, ей казалось, что она здесь.
– Да, да, детка, я здесь. Ты не одна. Все сейчас сделаем, как надо. Пойдем, доченька, пойдем, держись!
Я чувствовала, что вот-вот задохнусь, сердце в груди сжалось от сострадания.
– Держись, Консуэло! Только не умирай, ну, пожалуйста.
Не помню как, но мне удалось поставить ее на ноги. То ли я волокла ее на себе, то ли подталкивала, но мы прошли крестный путь к машине, каких-то сто ярдов... Больше всего я боялась, что Консуэло упадет в обморок... Когда мы были уже в автомобиле, мне показалось, что она потеряла сознание, но все свои силы я употребила на то, чтобы четко выполнять указания крашеной дамы из «Приемной». Та-ак-с, прямо по дороге, второй поворот налево, следующий – направо. Вот и госпиталь, распластавшийся на земле, точно огромная морская звезда. Я «вломилась» чуть ли не в самый приемный покой. Дама с фабрики хорошо сделала свое дело. Стоило мне открыть дверцу автомобиля, как носилки были уже у машины. Умелые руки профессионально выхватили Консуэло и уложили на каталку.
– У нее диабет, – сказала я дежурному ординатору. – И двадцать восемь недель беременности. Это все, что я могу сообщить.
Скоро сюда прибудет врач из Чикаго, который досконально знает историю ее болезни.
Металлические двери с шипением открылись, ординатор следовал за носилками, а я брела по холлу до тех пор, пока внутренний вход приемного покоя не поглотил Консуэло.

Парецки Сара - Ви.Ай. Варшавски - 04. Горькое лекарство => читать книгу далее


Надеемся, что книга Ви.Ай. Варшавски - 04. Горькое лекарство автора Парецки Сара вам понравится!
Если это произойдет, то можете порекомендовать книгу Ви.Ай. Варшавски - 04. Горькое лекарство своим друзьям, проставив ссылку на страницу с произведением Парецки Сара - Ви.Ай. Варшавски - 04. Горькое лекарство.
Ключевые слова страницы: Ви.Ай. Варшавски - 04. Горькое лекарство; Парецки Сара, скачать, читать, книга и бесплатно
 итальянская плитка для ванной комнаты каталог рекомендуем этот сайт       https://plitkaoboi.ru/plitka/porcelanosa-1/plitka-porcelanosa-stick-iroko-72770-product/ 

 https://www.vsanuzel.ru/katalog/vanny/akrilovye/s-gidromassagem/