Левое меню

Правое меню

  заказывали там     паркетная доска
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Кауфман Бел

Вверх по лестнице, ведущей вниз


 

На этой странице сайта выложена бесплатная книга Вверх по лестнице, ведущей вниз автора, которого зовут Кауфман Бел. На сайте alted.ru вы можете или скачать бесплатно книгу Вверх по лестнице, ведущей вниз в форматах RTF, TXT, FB2 и EPUB, или же читать онлайн электронную книгу Кауфман Бел - Вверх по лестнице, ведущей вниз, причем без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Вверх по лестнице, ведущей вниз равен 281.14 KB

Кауфман Бел - Вверх по лестнице, ведущей вниз - скачать бесплатную электронную книгу



OCR BiblioNet
«Кауфман В. Вверх по лестнице, ведущей вниз»: Азбука-классика; 2005
ISBN 5-352-00344-2
Аннотация
Бел Кауфман — американская писательница, чье имя хорошо известно читателям во всем мире. Славу Бел Кауфман принес роман «Вверх по лестнице, ведущей вниз». Роман о школьниках и их учителях, детях и взрослых, о тех, кто идет против системы. Книга начинается словами «Привет, училка!» и заканчивается словами «Привет, зубрилка!», а между этими двумя репликами письма, письма, письма — крики людей, надеющихся, что их услышат.
Бел КАУФМАН
ВВЕРХ ПО ЛЕСТНИЦЕ, ВЕДУЩЕЙ ВНИЗ
Посвящается Tea и Джонатану
ОТ АВТОРА
Дорогой читатель, ты держишь в руках роман «Вверх по лестнице, ведущей вниз», с которым советские люди познакомились еще в 1967 году, когда он был напечатан в июньском номере журнала «Иностранная литература». Мне говорили, что в вашей огромной стране мой роман прочли более восьми миллионов человек, передавая друг другу, записывались в очередь и месяцами ждали, когда зачитанный до дыр журнал наконец дойдет до них. Прошло более двадцати лет, мою книгу будет читать уже другое поколение, и я хочу сказать несколько слов моим новым читателям. Однажды на курорте, когда я, раздевшись, спустилась в большой бассейн с горячей водой, где плескались две или три женщины, тоже без купальных костюмов, одна из них закричала, указывая на меня пальцем: «А вы моя бывшая учительница по английскому! Никогда не видела голую учительницу!» Вот так и я сейчас предстану перед вами во всей моей наготе, не прячась за звучащие на бумаге голоса моих героев.
Когда я в 1968 году приехала в вашу страну по приглашению Союза советских писателей, чтобы познакомиться с вашими школами, у меня сложилось впечатление, что мой роман читали все. Потом я рассказала в бюллетене американского ПЕН-центра, как московский таксист, узнав, кого он везет, пришел на следующее утро ко мне в гостиницу с обтрепанным номером журнала и попросил автограф. В Киеве официантка обняла меня, поцеловала и начала рассказывать, какое удовольствие ей доставила моя книга. Директор школы № 752 подарила мне банку домашнего варенья. В Ленинграде один двенадцатилетний мальчик сказал мне: «Все как у нас» — но, конечно же, у вас совсем не так, как у нас.
Многое изменилось в мире за последние двадцать лет, но, судя по всему, эта книга в ее новенькой обложке не устарела. Она столь животрепещуще остра, что мои нью-йоркские издатели готовятся отметить ее двадцатипятилетний юбилей. Проблемы в наших школах все те же, только еще углубились; они уже касаются не только содержания и методов обучения, но приобрели социальный характер. Мой вымысел предвосхитил мрачную действительность сегодняшнего дня.
Я никогда в жизни не собиралась писать роман, и уж тем более роман, который будут называть «классическим романом о школе». Думала ли я, что произвожу переворот в школьном образовании, — мне просто казалось, что я пишу о любви.
Роман вырос из рассказа на трех страницах, который состоял из обрывков записок, якобы найденных в мусорной корзине в одном из классов нью-йоркской средней школы, — смешно смонтированные вперемешку, они показали, какой хаос и неразбериха царят в этой школе, как упорно бюрократическое равнодушие прикрывается косноязычной риторикой, как отчаянно звучат немые крики о помощи и как самоотверженно одна-единственная учительница пытается изменить судьбу хотя бы одного-единственного подростка.
Два журнала отвергли рассказ, сочтя его слишком специфичным и решив, что он отпугнет читателя необычным типографским оформлением. Но я не пала духом и послала рассказ в «Сатердей ревью оф литерачер», которое и напечатало его 17 ноября 1962 года. Помню, как ошарашили меня рисунки-карикатуры, которыми журнал иллюстрировал рассказ. Ну вот, подумала я, увидит их читатель и решит, что это раздел юмора. Однако я ошиблась.
В первый же день, как журнал появился в киосках, один предприимчивый издатель предложил мне сделать из него роман. Я сначала отказалась: я пишу только рассказы, романы сочинять не умею; к тому же, как мне казалось, в этом крошечном рассказе я сказала все, что можно было сказать. Но он соблазнил меня авансом, и я этот аванс истратила. Чувство вины и подвигло меня написать книгу.
Началось самое трудное: надо было вылепить характеры, пользуясь тем же приемом, который я применила в рассказе: сочинить великое множество писем, объяснительных записок, циркуляров и распоряжений, которые обрисуют учеников, учителей, родителей и дирекцию ярче и живее, чем мои собственные слова. Пришлось ввести в роман молодую учительницу-идеалистку, которая бунтует против всего мертвящего и уничтожающего человеческое достоинство, что есть в школьной системе, и хотя бы штрихами обозначить жизнь ребят вне школы. «Его мать не может прийти будучи умершей. Пожалуйста, извините», — сообщалось в одной из родительских записок.
Все забывается. Книга смешная, и потому мне вскоре стало казаться, что писала я ее легко и весело. Помню, как я смеялась, когда придумывала нелепости вроде: «Опоздание по отсутствию» или «Нижеследующим пренебречь». А однажды ночью я проснулась и стала хохотать — я придумала фразу, которую мальчишка мог сказать об «Одиссее»: «Такую муру я бы и собаке не дал читать!»
Говорят, что книга читается легко, но на нее ушло полтора года тяжелейшего, каторжного труда. Когда я заглядываю в исчерканную вдоль и поперек рукопись романа, я вижу, как мучительно искала точного слова, верной интонации, как безжалостно вымарывала я текст, добивалась выразительности, — например, глава о расовых предрассудках сократилась в конце концов до одного-единственного параграфа, а от параграфа в последнем варианте остался лишь вопрос: «А вы можете угадать по моему почерку, белый я или нет?»
Мои герои выкристаллизовывались, обретали плоть и кровь: остряк, потешающий весь класс; карьерист; рано созревшая девушка, терзаемая сексом; черный паренек-задира; пуэрториканец, которому в конце концов удается преодолеть свою застенчивость; некрасивая девочка, которая понемногу начинает обретать себя. Чтобы дать им возможность высказывать свои мысли, я придумала «Ящик пожеланий»; одинокий мальчик положил в него письмо, в котором поздравил себя с днем рождения.
Я знала, что роман будет начинаться словами «Привет, училка!» и кончаться «Привет, зубрилка!», а все остальное между этими двумя репликами будет развитием, разработкой темы, и финал замкнет круг. И еще я знала, что в первой главе мои герои будут говорить: в какофонии голосов наметятся конфликты, а потом письма, письма, письма — крики людей, надеющихся, что их услышат.
Название подсказала докладная записка начальника административного отдела: «Задержан мною за нарушение правил: шел вверх по лестнице, ведущей вниз, и на замечание ответил дерзостью». Эта формулировка выразила не только всю меру тупости школьного начальства, но и показалась мне метафорой — человек идет против движения, бунтует против системы. Одно меня смущало — название очень уж длинное и не слишком понятное. Кто его запомнит?
Однако его запомнили. Оно стало крылатой фразой. Замелькало в газетных заголовках. Даже в вашей «Правде» появилась карикатура, под которой было написано: «Вверх по лестнице, ведущей вниз».
Когда я писала роман, я надеялась, что его прочтут разве что десяток-другой учителей и, может быть, они посмеются, узнав свою школу. Однако книга моя несколько месяцев занимала первое место в списке бестселлеров; она получила множество премий, была переведена на многие языки и оказала влияние на жизнь многих людей. Но когда она готовилась к печати, я больше всего на свете боялась, что меня уволят из колледжа, куда я недавно поступила на работу. «Я написала книгу, она выходит на следующей неделе, — призналась я одной из своих коллег. — В ней я свела счеты кое с кем из начальства. Боюсь, как бы меня не прогнали». Приятельница стала меня успокаивать: «Ну что вы, не волнуйтесь, кому придет в голову писать на нее рецензию? Никто не узнает, что вы ее автор».
Рецензии были одна восторженней другой. Мне даже неловко их цитировать. Скажу только, что во всех них говорилось о гуманности и доброте, к которым призывает книга. Один из критиков так подытожил свои впечатления: «Здесь много страниц, над которыми смеешься. Иные вызывают слезы. Но сквозь смех и слезы мы ясно понимаем, как трудно ученикам и учителям понять друг друга при нынешней системе массового обучения».
Посыпались письма — от друзей и совершенно незнакомых людей, причем один молодой человек — судя по вложенной фотографии, очень красивый — даже сделал мне предложение. Учителя писали: «Откуда вы все это узнали? Ведь вы рассказываете о моей школе, о моем классе, о моих трудностях». А директор одной из школ заверил: «Мы бы вам позволили ходить по всем лестницам и вверх, и вниз, как вам вздумается».
Итак, меня простили!
Я думала, что просто рассказала о том, что я знаю и что мне близко, у меня и в мыслях не было обращать кого-либо в свою веру. Могла ли я предполагать, что эта «забавная» книга произведет столь сильное впечатление — один критик написал, что она победно шествует по стране, точно армия с развевающимися знаменами.
Известность пришла ко мне нежданно-негаданно — так лорд Байрон в одно прекрасное утро проснулся знаменитым. Я стала высшим авторитетом по всем вопросам без исключения. Меня приглашали выступать по радио и телевидению, обсуждать самые разнообразные проблемы. Я получала призы и награды. Мне вручали адреса и грамоты. Меня фотографировали на всех лестницах страны, где только я ни появлялась. В ресторанах меня просили оставить автограф на меню. Редакторы, издатели, продюсеры, директора лекционных бюро роем вились вокруг меня. Но самую большую радость я испытала, когда вынула из почтового ящика письмо, на котором было написано всего лишь: «Мисс Сильвии Баррет, учительнице».
По роману была написана пьеса для любительских трупп, и все школы бросились ее ставить. Ребята, которые в ней играли, сообщали мне:
«Если бы не Ваша пьеса, никто не устроил бы мне такую овацию».
«Во время первого представления все очень смеялись, когда я должна была совершить самоубийство и выброситься из окна, но Вы в этом не виноваты».
По книге поставили фильм. Мне, как техническому консультанту, разрешалось присутствовать на съемках, и я страшно гордилась, что все эти люди: актеры, осветители, операторы, помощницы монтажера, режиссер, продюсер, ассистенты, гримеры, художники, девчонки и мальчишки, которых отыскали в школах, в городских трущобах, в огромных многоквартирных домах и поручили им роли героев и героинь, — что все они собрались здесь, на съемочной площадке, только потому, что я однажды села за машинку и вставила в нее чистый лист бумаги.
Один из журналов готовил статью о том, как снимается фильм. Мы пошли домой к мальчику, который играл роль Хосе Родригеса и которого, кстати, тоже звали Хосе Родригес. Он не учился в школе — бросил. Его мать горячо пожала мне руку и сказала со слезами на глазах: «Очень вас прошу, напишите еще одну книгу о моем сыне!»
Премьера состоялась в Нью-Йорке, в концертном зале «Радио-Сити», и в 1967 году фильм послали на Московский кинофестиваль. Его показывали в огромном зале Кремлевского Дворца съездов, где собралось 5000 зрителей, и, когда фильм кончился, они долго и бурно аплодировали.
В мой следующий приезд в Советский Союз — весной 1977 года — меня ожидал замечательный сюрприз. Недавно созданная режиссером Александром Кравцовым «Студия сценических искусств» поставила музыкальную инсценировку по моему роману «Вверх по лестнице, ведущей вниз», и она шла с большим успехом. И режиссер, и все актеры уехали отдыхать, но, узнав, что я приехала, вернулись в Москву и дали в мою честь представление. Когда пьеса кончилась, меня попросили подняться на сцену и сказать несколько слов. И я выразила восхищение, что созданные мной герои так великолепно выучили русский язык, а в заключение сказала, что если что-то и способно сблизить наши страны, так это не политические дискуссии, а смех, который я слышала сейчас в зале, и слезы, которые видела в глазах зрителей. Меня засыпали цветами, вся труппа поставила свои автографы на моей программке, актеры вышли со мной на улицу и, окружив машину, стояли и пели песню, которая проходит через всю пьесу. Незабываемое впечатление!
А какой чудесный подарок мне подарили, когда я приехала в Москву в июне 1986 года! Кравцов собрал всех актеров, которые играли в моей пьесе девять лет назад, и устроил для меня настоящий праздник.
Мое детство прошло в Одессе и в Москве, и потому русский язык мне очень дорог. Я благодарна Е. Ивановой и С. Шайкевич, которые перевели «Вверх по лестнице, ведущей вниз» на этот прекрасный язык. О переводах на другие языки мне судить трудно. Были очень забавные названия:
На шведском: HEJ, FRPKEN!
На финском: OPIN SAUNA
На итальянском: SU PER LA DISCESA
На чешском: NAHORU POSCHODISTI
На японском: не могла ничего понять.
А кто-то из друзей пополнил эту коллекцию названий, рассказав, что какое-то издательство пиратски нарушило авторские права и выпустило мою книгу, на обложке которой значилось: «Вверх ногами по лестнице» — это выявило в романе совершенно новый смысл.
Когда в Соединенных Штатах книга вышла дешевым изданием в мягкой обложке и ее смогли покупать подростки, я начала получать от них письма — письма, адресованные мисс Баррет:
«Дорогая мисс Баррет, вы помогли мне окончить школу».
«В понедельник я делаю доклад о прочитанной книге, пришлите мне, пожалуйста, вашу биографию».
«Без нас не может быть будущего».
Это правда. Наше будущее сидит сейчас за партами в школе. В каком-то классе, в одной из школ — нет, в каждой школе — ребят по-прежнему учит мисс Баррет. И несмотря на трудности, которые переживают школы всего мира, образование идет вперед — благодаря тысячам преданных своему делу учителей, которые упорно поднимаются вверх по нескончаемой лестнице. Им я и посвящаю эту книгу.
Бел Кауфман
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
1. Привет, училка!
Привет, училка!
Погляди на нее! Она учительница?
Кто она?
Это 304-я? Вы мистер Барринджер?
Нет, я мисс Баррет.
А у меня должен быть мистер Барринджер.
Я мисс Баррет.
Вы учительница? Такая молодая?
А она красотка. Эй, училка, можно мне остаться в вашем классе?
Пожалуйста, не толпитесь в дверях. Входите, пожалуйста.
Добрый вечер, мисс Барнет.
Мисс Баррет. Моя фамилия написана на доске. Доброе утро.
Не может быть! У нас классный наставник — дама!
Надрать ему уши?
Это классный час?
Да, садитесь, пожалуйста.
Я не из этого класса.
Вы будете у нас весь семестр? Вы постоянная или временная?
Парт не хватает.
Усаживайтесь как-нибудь.
А где нам сесть?
Это 309-я?
Кто-то стянул у меня пропуск. Дайте мне пропуск!
Как ваша фамилия?
Моя фамилия на доске.
Я не разбираю ваш почерк.
Мне нужно к медсестре, я умираю.
Не верьте ему, он не умирает.
Можно мне наточить карандаш в канцелярии?
Да оставьте ее в покое, вы, идиоты!
Можно нам сесть на радиатор? Мы тут сидели в прошлом году.
Привет, училка! Вы наш классный наставник?
Да заткнитесь вы, идиоты! Вы же видите, что учительница хочет что-то сказать.
Пожалуйста, садитесь! Я бы хотела…
Эй, кажется, был звонок.
Почему нет миссис Синджер? В прошлом году в этой комнате была она.
Когда нас отпустят домой?
Первый школьный день, а он уже собрался домой.
Звонок. Начинаем занятия. Успокойтесь, пожалуйста…
Можно мне пропуск, я хочу попить.
Хотите, я разложу карточки по алфавиту?
Это какая комната?
Это 304-я комната. Моя фамилия на доске: мисс Баррет. Я буду вашей классной наставницей весь семестр и надеюсь встретить некоторых из вас на своих уроках языка и литературы. Говорят, что первые впечатления…
Литература!
Кому она нужна?
На дом вы много задаете?
Говорят, что первые впечатления запоминаются надолго. Именно с них начинается… Да? Вы из этого класса?
Нет. Макхаби требует Фероне, немедленно.
Кто?
Макхаби.
Кого он требует?

Кауфман Бел - Вверх по лестнице, ведущей вниз => читать книгу далее


Надеемся, что книга Вверх по лестнице, ведущей вниз автора Кауфман Бел вам понравится!
Если это произойдет, то можете порекомендовать книгу Вверх по лестнице, ведущей вниз своим друзьям, проставив ссылку на страницу с произведением Кауфман Бел - Вверх по лестнице, ведущей вниз.
Ключевые слова страницы: Вверх по лестнице, ведущей вниз; Кауфман Бел, скачать, читать, книга и бесплатно
 элитная плитка для ванной мы покупали тут - рекомендуем!      https://plitkaoboi.ru/plitka/plitka_dlya_vannoi/ 

 римини 80